В Древнем патерике повествуется об одном брате. Когда наступило время молитвословия в воскресный день, он встал и, по обыкновению, собрался идти в церковь. Но посмеялся над ним диавол, говоря: "Куда идешь? В церковь? И зачем? Или затем, чтобы получить хлеба и вина? И скажут тебе, что это Тело и Кровь Господа. Не повергай себя посмеянию." Брат поверил помыслу и не пошел в церковь. Братия же ожидали его, ибо такой был обычай, чтобы не начинать молитвословия, пока не соберутся все. Он же медлил, И пошли к нему, думая: может быть, занемог брат? Найдя его в келии, спросили у него о причине, почему он не идет в церковь. Он же, хотя и стыдясь сказать о причине, однако же говорит им: "Простите меня, братия. Я встал по обыкновению и приготовился идти в церковь, и сказал мне помысл, что не есть Тело и Кровь Христовы то, что ты идешь принять, но (простой) хлеб и вино. Итак, если хотите, чтобы я шел с вами, уврачуйте мой помысл о Святом Приношении." Они же сказали ему: "Вставай, пойдем с нами, и мы будем просить Бога, чтобы Он открыл тебе Божественную силу, во Святой Церкви присутствующую." Он пошел с ними в церковь. И много помолившись о брате Богу, чтобы явлена была ему сила Божественных Таинств, начали совершать службу, а брата поставили среди церкви. И до отпуста не переставал он слезами орошать и обливать свое лицо. После же службы спросили его: "Если что открыл тебе Бог, расскажи нам, чтобы и мы получили пользу." Он же с плачем начал говорить им: "Когда был канон псалмопения, прочитано было учение апостольское и вышел диакон читать Евангелие, я видел, что кровля церкви раскрылась, и видно было Небо, и каждое слово Евангелия было, как огонь, и восходило до Небес. Когда же было окончено чтение святого Евангелия и вышли клирики из диаконника, имея Святое Причастие, я видел, что опять отверзлись Небеса и сходил огонь, и с огнем — множество святых Ангелов, и среди них — два чудных Лица, о красоте которых нельзя и рассказать. Сияли Они, как молния, и среди них — малый Отрок. И святые Ангелы встали вокруг Святой Трапезы, а два Лица — над ней, и Отрок — посредине, И когда были окончены святые молитвы и приблизились клирики раздробить хлебы Причащения, я видел, что два Лица держали Младенца за руки и ноги, взяли нож, закололи Его и источили Кровь Его в потир. Рассекли Тело Его, положили наверху хлебов, и сделались хлебы Телом. Когда подходили братия принимать, давалось им Тело, и, когда взывали они, говоря "аминь," становилось оно хлебом в их руках. Когда и я пришел принять, дано мне было Тело, и я не мог вкусить его, и услышал голос, говоривший мне: "Что не принимаешь? Не то ли это, чего ты искал?" А я сказал: "Милостив будь ко мне, Господи! Тела не могу я вкусить." И сказал мне: "Если бы мог человек вкушать Тело, Тело и обреталось бы, как ты видел. Но поскольку никто не может вкушать мясо, потому учредил Господь хлебы для Причастия. Итак, с верой ли примешь то, что держишь в своей руке?" И я сказал: "Верую, Господи." И когда я сказал это, Тело, которое держал в руке, стало хлебом. Возблагодарив Бога, принял я святую просфору. Когда же окончилась служба и пошли клирики на свое место, я видел опять Младенца среди двух животных. Когда клирики потребляли Святые Дары, я видел, что опять открылась кровля церкви и Божественные Силы возносились на Небеса." Услышав это, братия вспомнили Апостола, говорящего: "
909. Чудесное вразумление старца, сомневавшегося в том, что при причащении преподается Тело и Кровь Христовы
См. также: Неверие
