– Вот это я и понимаю, – кивнула Лиза. – Ты устал. Тебе нужно остаться одному и поразмыслить.
– О чем?
– Обо всем. Давай, я не буду чревовещать?
– Лиза…
– Не надо. Не хочу. Давай встретимся после Италии. Если ты этого захочешь.
– Лиза…
– Я хочу уйти. Пожалуйста.
Она так на меня посмотрела, что я промолчал. И она ушла…
… Мне и нужно было всего-то сказать, что она нужна мне, потому что я люблю ее… Но я на нее обиделся… Идиот… Обиделся, что она так легко на меня обиделась и так быстро ушла… Только потом я понял, что ей нужен был мужчина. А не размазня. А я был размазней. Цеплялся за маменькину юбку с этой ее чертовой галереей… Сдалась она мне…
В глазах Лизы я оказался слабаком, неудачником, которого нужно было спасать. А она хотела, чтобы это я спас ее. А я… Я расклеился… Она достойна лучшего…
Тут ко мне подсела матушка. Вот она – моя слабость, никчемность…
– Сколько ты уже пьешь, Марсель? Прекрати немедленно.
– Не прекращу, пока не напьюсь, мама. А я что-то не могу напиться.
– Это из-за Кристи?
– Плевать я на нее хотел, – хмыкнул я. – Как и она на меня.
– Тебя бросила Лиза? А я тебя предупреждала, – даже как-то радостно сказала маменька, протяжно вздохнув. Собралась исполнять свой материнский долг.
– Я оказался никем. Вот Лион – он герой. Увел девушку прямо из-под венца и сыграл с ней свадьбу за чужой счет. Не побоялся. А я… А… Забери к черту свою чертову галерею, к чертям ее! – почти выплюнул я. – Все из-за этой чертовой галереи! Ненавижу ее!
– Марсель, сынок, что ты такое говоришь? Успокойся, – испугалась матушка.
– Я спокоен, мама, как никогда. Все – к черту. К черту.
– Ты пьян.
– Ни капли, черт возьми.
– Галерея твоя. Твоя, сынок. Прости меня. Я хотела тебе счастья. Я ошиблась. Прости. Что ты хочешь? Лизу? Так иди к ней.
– Прекрати, мама, прошу тебя, замолчи.
– Что же ты собираешься делать? – Ломала она пальцы.
– Уйти в священники.
– Что? Ты шутишь?
– Ни капли.
– Это из-за Лизы?
– Нет.
– Из-за меня?
– Нет. Из-за себя. Меня пригласили в Италию. Построить собор.
– И ты ничего никому не сказал?
– Зачем?
– Ты бы уехал… Надолго?
– Полгода – минимум.
– Почему ты никому ничего не сказал? – снова пробормотала моя матушка.
– А смысл? Жена, невеста или любовница могли бы поехать со мной. Это не проблема.
– Ты пригласил туда Лизу?.. И она отказалась?.. Я же предупреждала… А Кристи бы поехала. Или осталась. Как ты бы пожелал.
– Да. Безусловно. Только мне никогда не была нужна женщина, которая бы делала то, что я ей скажу…
– Почему же отказалась Лиза?
– А ты не понимаешь, мам?
Я пристально на нее посмотрел. Она отвела взгляд.
– Ну, прости… Я хотела как лучше… Это все из-за моей ошибки… С твоим отцом…
– Я всегда считал своим отцом Жюльена. Ты знаешь.
Мы немного помолчали. Я снова выпил. Матушка промолчала… Знал бы я, каким путем оставить себе эту чертову галерею… У меня бы не было невесты. И у меня была бы Лиза… Но я не просто не понял этого вовремя. Я просто не был мужчиной. Так, существо с членом…
– Послушай, сынок… Если все так… Что тебе мешает вернуть Лизу прямо сейчас? Сделай то, чего она хочет.
– Она хочет, чтобы я был мужчиной.
– Ты и есть мужчина. Прекрати себя унижать. Вот об этом я и говорила, когда советовала тебе в жены Кристину! – вдруг взорвалась матушка. – Она бы принимала тебя любым!
– Она бы принимала меня любым ничтожеством ради своего социального статуса. Ты мечтала о такой жене для своего единственного сына, мам? Почему ты не хотела полюбить женщину, которая любит меня, а не свой статус?
– Боже мой, так иди и верни ее, черт тебя дери! – крикнула матушка.
… Я ввалился к Лизе уже изрядно пьяным. Я, все-таки, напился. Все, что я мог ей сказать в таком состоянии, я ей сказал. Я ей сказал:
– Прости меня. – И добавил, – Матушка оставляет мне галерею… Если б я знал… Дурак…
– Вот и хорошо, – баюкающим голосом сказала Лиза.
Стало неудобно. Нет. Не то слово. Стало просто отвратительно. Пришел, называется, героем-завоевателем. Чтобы хоть как-то спасти свою репутацию, я процедил сквозь зубы:
– Не нужна мне эта чертова галерея. Ну ее к черту.
– Ну-ну, не нужно делать скоропалительных выводов. Вот проснешься утром… тогда…
Меня раздражало, что Лиза со мной говорит сейчас, как с идиотом. Или с буйно помешанным. Но я, все-таки, понимал ее. И понимал, что мне нужно дальше молчать. Что я и сделал.
… Теперь я вспомнил, что она открыла мне дверь в платье подружки невесты, которое ей шло безумно. Еще бы. Я одобрял… А на своей собственной несостоявшейся свадьбе даже не заметил, как Лиза прекрасна в этом платье. И не сказал ей этого…
… Лиза даже не переодевалась. Она и не думала ложиться спать… Зато помогла мне дойти до ее спальни и уложила меня спать… И я сразу же уснул…
… А когда проснулся, Лизы не было…
Я осмотрел ее квартиру и понял, что она не ночевала дома. Она не принимала душ. Не переодевала платья. Не пила кофе. Не завтракала. Ее просто не было… Она куда-то ушла от меня в платье подружки невесты…
Я звонил ей на мобильный. Он был отключен. Как и телефон у Крис и Лиона. А матушка ничего не знала.
