Марсель никак не отреагировал. Что-то слишком много недомолвок для откровенного разговора. Или сейчас просто не время и не место?
– А это кухня.
– Она уютная.
– Да. Но мы пойдем в спальню.
(Пять лет назад)
Через неделю после того, как я узнала, что Марсель уехал в Италию, я пришла в его галерею. И увидела полный зал меня… Там были скульптуры, сделанные с меня… и картины, написанные с меня… И мне приходилось заслонять лицо ладонью, чтобы меня кто-нибудь не опознал… Но матушка Марселя меня прекрасно опознала. Она подошла ко мне и прошипела:
– Пришла полюбоваться на свой триумф?
– Вовсе нет, я…
– Ты разрушила его жизнь, – припечатала она, с ненавистью посмотрев на меня. – Ты развела его с Кристиной и бросила сама. И тебе еще хватило наглости прийти сюда.
– Вы не правы. Я собираюсь ехать в Италию за ним.
– Куда? – ядовито спросила она.
– Ну…
– Он не там, где ты думаешь, – выплюнула она. – Уж не думаешь ли ты, что он сидит в отеле, дожидаясь тебя? Он совсем в другом месте.
– Где?
– Неужели ты думаешь, я тебе это скажу? Чтобы ты еще раз бросила его? Оставь моего сына в покое. Ты ему в любом случае не подходила. Крис была лучше, хотя тоже оказалась яблоком с одной яблоньки. Но я была права. Ты – не пара моему сыну.
– Но…
– Если он захочет, он вернется и найдет тебя сам. Не так ли? Хочешь – жди. Но я не уверена, что он к тебе вернется. Марсель решил стать священником, детка. Если хочешь, можешь взять себе на память одну из картин.
– Нет. Я ничего не хочу. Мне ничего не нужно.
– Поверь, так лучше.
– Вообще-то, у меня в холодильнике шампанское… Но если ты хочешь, мы можем быстро сварить глинтвейн.
– Да. Это было бы лучше. Я буду резать тебе фрукты. А от шампанского у меня болит голова.
– Отлично. Пока ты будешь занята фруктами, я разогрею ужин.
И Марсель достал из холодильника огромное блюдо с запеченной индейкой. Я ахнула.
– Ты с ума сошел? Мы столько не съедим. И вряд ли ты доешь это без меня.
– Не беда. Отдам собакам.
– Почему именно индейка? А не гусь? А проще всего было бы приготовить курицу.
– Совсем скоро Рождество и Новый год.
– Я не люблю новогодние праздники.
– Я знаю. Но ты можешь их полюбить. Просто расслабься. Не суетись.
– Это так необычно… Но это так хорошо… Готовить с тобой здесь… И не плести никаких интриг… ох…
Марсель усмехнулся.
– Как же… Ты до сих пор замужем.
– Я разведусь.
– Молчи. Просто режь фрукты. Так здорово просто говорить, ты права, без всяких интриг… Обо всем остальном поговорим после, хорошо?
– Когда – после, Марсель? Уже поздно…
– А ты останешься у меня.
– Марсель…
– Вот видишь, – покачал он головой. – Ты все еще интриганка.
– Нет. Это не так. Просто… пока Виктора нет… это не совсем хорошо, как ты думаешь?
– Я думаю, для Виктора это плохо в любом случае. Так что какая разница? И разве тебе хочется возвращаться в ту спальню над рестораном?
– Нет. Совсем не хочется.
– Тогда режь фрукты. Сегодня мы отпразднуем упущенный тобой день благодарения.
– Так вот почему ты приготовил индейку.
– Ты ужасно догадлива.
– День благодарения я тоже не люблю.
– А ты мрачная бука и зануда. Я научу тебя любить праздники.
– Я не понимаю смысл этих праздников.
– Нет никакого скрытого смысла в этих праздниках, забудь. Это просто праздник двух людей, когда им хорошо вместе. Прекрати меня целовать, я хочу есть…
ГЛАВА 27 (пять лет назад)
– Мадам Рузанна, я бы хотела проконсультироваться, какие противозачаточные таблетки мне нужно принимать.
Мой гинеколог вскинула черные широкие брови.
– Лиза, детка, не кажется ли тебе, что ты несколько запоздала с таким вопросом? Этот парень, Лион, с которым ты пришла, у тебя не первый.
– Мы не хотим… ммм… – я покраснела и замолчала.
– Вы не хотите пользоваться презервативом? – догадалась врач.
– Да. Хотелось бы без…
– А что, с презервативом совсем никак?
– Просто без него лучше. Хотя и с ним бывало… ммм… неплохо… Мой первый парень всегда пользовался презервативами. И это было даже иногда…ммм… забавно, – пробормотала я. – Они у него были разные. И разноцветные, и с разными вкусами, и ребристые, и с усиками, и в форме головы Микки Мауса… В конце концов, мне это ужасно надоело, а страсть Генриха к резиновым изделиям показалась подозрительной…
Мадам Рузанна захохотала. Она хохотала до слез. Но потом успокоилась и весело изрекла:
– Ну и правильно. Без презерватива куда как лучше, поверь старой тетке, которая прошла огонь и воду. И не красней. Я же гинеколог!.. Одно тебе скажу, парень, который привел тебя ко мне, чтобы разобраться с интимными вопросами – это отличный парень.
– Да. Я знаю. Он хочет на мне жениться.
– Ну, так я поздравляю! Я очень рада, Лиза, детка! Глядишь, скоро буду наблюдать твою беременность, а? Может, с таблетками мы разберемся после? Нет?
– Я еще не согласилась выйти за Лиона замуж.
– Что так?
– Ничего…
– В смысле, не фейерверк?
Я опять покраснела.
– Нет, я вполне довольна, но…
– Но стадия дикой страсти уже миновала? – закончила мадам Рузанна.
