Виктор был еще жив, когда комок мокрой земли попал ему на лицо. Еще один разбился о его грудь. Он уже не чувствовал боли, а только ужас, тоску и отчаяние. Отчаяние человека, которого закапывают живьем.
А земля все сыпалась и сыпалась. Мир стал угасать, медленно, как свет в кинозале перед началом сеанса. Последним, что увидел Виктор, был черный силуэт незнакомца, склонившийся над ямой, и луну, кровавым нимбом сиявшую вокруг его головы.
«Конец!» — пронеслось в голове, а в следующее мгновение жизнь покинула тело.
Мужчина наверху двигался размеренно и неустанно… Пять минут… десять… двадцать… Когда яма была засыпана, мужчина выпрямился и утрамбовал ее ногами. В движениях его не чувствовалось никакого утомления.
Забросав могилу листьями и ветками, мужчина подозвал к себе пса и неторопливо зашагал по мокрой траве парка в сторону леса, все дальше и дальше углубляясь в черные, беспросветные дебри, туда, где много лет не ступала нога человека и откуда веяло холодом и затхлостью.
Егор Коренев открыл дверь и ввалился в приемную. Вика, помощница Коренева, вскинула белокурую головку от компьютерной клавиатуры и насмешливо посмотрела поверх очков в позолоченной оправе.
— Опаздываешь, — с упреком сказала она. — Клиент уже десять минут ждет.
Егор стянул плащ, швырнул его на вешалку и небрежно произнес:
— Ничего, не заплесневеет.
Коренев был долговяз и худощав. Твердая линия губ, глубоко посаженные, насмешливые глаза и сигарета в углу рта придавали ему сходство с героями американских боевиков. Дело портил только слишком узкий подбородок. Темные непослушные волосы Егора слегка вились, и, дабы избавить себя от ежедневной возни, он стриг их коротко.
Коренев был в добротном, но сильно поношенном пиджаке и голубой рубашке. Галстук съехал набок, верхняя пуговка на рубашке расстегнулась, выставив на обозрение кадыкастую, смуглую шею.
Порывистый и резкий, он напоминал Вике добермана или пса гончей породы.
Одевался Егор небрежно и, в общем-то, во что попало. Только две вещи были неизменны: щеки и подбородок Егора гладко выбриты, а от волос и шеи исходил аромат дорогого одеколона. Любовь к хорошему парфюму была единственной брешью в стене аскетизма, которой (в целях экономии времени) обнес свою жизнь Егор Коренев.
Вика осмотрела Егора с ног до головы и вздохнула. Затем встала из-за стола, подошла к нему вплотную и привычным движением поправила съехавший в сторону галстук.
— Егор, будь с ним повежливее, — попросила она. — Клиент солидный и денежный.
— Это у него на лбу написано?
— Что?
— Что он денежный?
Вика усмехнулась:
— На лацкане пиджака. Между прочим — от «Пола Смита».
— Секонд-хенд? — приподнял бровь Егор.
Вика состроила мину:
— Очень смешно. — Она незаметно втянула ноздрями аромат дорогого парфюма, смешанный с запахом крепкого табака, и слегка поежилась. Этот запах всегда заставлял ее сердце биться чуточку быстрее, чем было положено секретарше при встрече со своим боссом.
— Когда будешь с ним говорить, вспомни, что ты до сих пор не заплатил мне премиальные за дело Скворцова.
— Говорить с начальником о деньгах — пошлость, — назидательно сказал Егор.
— Правда? А таскать у меня кофе из тумбочки — не пошлость? С твоими аппетитами банка в два дня улетает.
— Не жадничай. — Егор обнял Вику левой рукой за талию и чмокнул ее в пухлую щечку. — Ты лучшая! — объявил он.
Вика нахмурилась, оттолкнула от себя Егора и проговорила с напускной строгостью:
— Веревки из меня вьешь. Кофе сделать?
— Угу. Мне покрепче, а клиенту…
— Он уже две чашки выпил, пока тебя ждал, — сказала Вика. — Топай в кабинет, пока этот тип не убежал в другое агентство.
Егор достал из кармана пиджака пачку «Кэмела» и, на ходу вытряхивая сигарету, зашагал к двери.
Когда он вошел в кабинет, клиент сидел в кресле и листал журнал. Это был невысокий, полный лысоватый мужчина. На вид ему было лет сорок пять или чуть больше. Завидев Коренева, посетитель положил журнал на столик и сказал:
— А, наконец-то.
— Добрый день! — поприветствовал его Егор, подходя к креслу.
Пожимая Кореневу руку, посетитель чуть приподнял с кресла объемистый зад.
— Моя фамилия Лемох, — представился он. — Я вам звонил два часа назад.
— Да, помню.
Егор сел в кресло у стола и сунул в рот сигарету. Лемох посмотрел, как он прикуривает от металлической зажигалки, и изрек:
— Я жду уже десять минут.
Егор убрал зажигалку в карман.
— Я сказал, что жду уже десять минут, — повторил посетитель.
— Да, я слышал. В смысле — прошу прощения, что заставил вас ждать. Давайте сразу перейдем к делу. По телефону вы сказали, что хотите найти пропавшего родственника.
— Совершенно верно.
— Как давно он пропал?
На толстом лице Лемоха появилось скорбное выражение.
— Около четырех месяцев назад, — сказал он и вздохнул.
Егор глянул на него сквозь облако дыма и уточнил:
— Как это произошло?
— Виктор… Его зовут Виктор… Поехал к морю, чтобы поправить здоровье.
— Он болел?
Толстяк усмехнулся и покачал головой:
— Нет. Но необходимость поправить здоровье может возникнуть и у совершенно здорового человека, вы не находите?
