– Ты ведешь себя так, словно мы абсолютно чужие друг другу люди. Тебе плевать на мои переживания, на то, что я с ума схожу, когда в очередной раз не могу до тебя дозвониться, понятия не имея, где ты находишься и в какую передрягу могла попасть. Вчера ты заявилась с разбитыми коленками и таким лицом, будто за тобой гналась банда. Сегодня взяла машину и уехала, не поставив меня в известность, не удосужившись ответить хотя бы на один из моих многочисленных звонков!
– Послушай, я…
– Что происходит, Эрика? С того дня, как мы здесь, твое поведение стало абсолютно непредсказуемым. Я не знаю, что еще ты выкинешь – сегодня, или завтра, или в любой другой день. Какую ерунду вобьешь себе в голову, какие истории сочинишь мне назло. У меня и так полно проблем с отелем, а ты мало того, что не помогаешь их решать, так еще и добавляешь своих.
– Значит, ты так это воспринимаешь? – звенящим от напряжения голосом спросила Эрика. – Что я сочиняю истории
– А как еще воспринимать чушь, которую ты несла вчера вечером?
– Это не чушь, а правда! – перестав сдерживаться, заорала она. – Только ты не хочешь в нее верить, потому что тогда придется продать отель. Куда проще закрыть глаза на очевидное, только бы оградить себя от лишних хлопот!
– Успокойся, не заводись. Я просто имел в виду…
– Это я завожусь? – Эрика рассмеялась. – Кто бы говорил! Ты себя со стороны видел? Не дал мне ничего объяснить, набросился с обвинениями, вместо того чтобы… – она сделала паузу и продолжила уже более спокойным тоном. – Знаешь, что я думаю? На самом деле тебе все равно, что со мной происходит. Ты печешься о собственном благополучии. Тебе важно, чтобы все шло по плану: ремонт, заселение гостей, получение прибыли. Если со мной что-то случится, твои планы нарушатся. Меня надо будет лечить, или, не дай бог, хоронить – а это лишние хлопоты и лишние расходы. Не удивительно, что ты беспокоишься. В самом деле, вдруг я, взяв без спроса машину, не впишусь в поворот и упаду с обрыва? Придется объяснять полицейским, куда я поехала и зачем, а ты не сможешь это сделать.
– Я не верю, что это говоришь ты. Такие ужасные вещи, в которых нет ни слова правды, ты просто не можешь их говорить.
– Ни слова правды? – изумилась Эрика. – Если бы тебе было не все равно, ты бы внял моим опасениям, узнал бы вместе со мной то, что мне пришлось узнавать в одиночку. Но ты занимаешься тем, что решаешь хозяйственные вопросы и выискиваешь способы, как бы сэкономить на зарплате рабочих. Ты донимаешь меня звонками не потому, что беспокоишься, а потому, что я всегда должна быть у тебя под рукой: надзирать за уборщицами, инструктировать персонал… Тебе невыносима мысль, что, пока ты работаешь, я прохлаждаюсь.
– Стоп, Эрика, стоп! – Роберт поднял ладони вверх. – Эдак можно до чего угодно договориться. Возможно, я немного погорячился, но уж точно не заслужил всех этих обвинений. Тебя послушать – так я закоснелый эгоист, которому нет до жены никакого дела. Но это не так. Когда придешь в себя, тебе станет стыдно за то, что ты тут сейчас наговорила.
– Мне нечего стыдиться, – упрямо сказала Эрика, в глубине души сознавая, что Роберт прав. – Вчера, когда мы сидели в машине, я сказала тебе правду.
– Где ты была?
– В библиотеке Коса.
– Что ты там делала?
– Искала доказательства.
– Нашла?
– Да! – Эрика вскинула подбородок. – Я встретилась с главным редактором газеты, который не только подтвердил рассказ продавщицы варенья, но и сообщил новые факты о шестнадцатом июля. А ты? – она пристально взглянула на мужа. – Ты расспросил Заробаласа, как обещал?
– Он утверждает, что ничего подобного на острове не могло произойти. Что это нечто вроде местной легенды, которую рассказывают экскурсоводы впечатлительным туристам.
– Кто бы сомневался.
– У меня нет оснований ему не верить.
– Значит, всё останется как прежде?
– Что ты имеешь в виду?
– Мы остаемся, открываем отель, заселяем гостей…
– Конечно! – Роберт удивленно вскинул брови. – А какие могут быть варианты?
– Никаких. Я просто уточнила.
– Эрика, мне не нравится твое настроение.
– Зачем начинать сначала? В конце концов, это ведь
– Послушай. – Роберт подошел к Эрике и взял ее ладони в свои. – У тебя нет причин для беспокойства. Если случится нечто непредвиденное, я буду к этому готов. Но ничего не случится. Я понимаю, на тебя столько всего навалилось… Проблемы с рабочими, с наймом персонала. Ты принимаешь это слишком близко к сердцу. Доверься моему опыту и интуиции.
– И что говорит твоя интуиция?
– Что нас ждет успех! Через неделю, когда постояльцы будут плескаться в бассейне и распивать коктейли в баре, ты вспомнишь этот день с улыбкой и поймешь, что для тревог не было оснований.
– Роберт, ты не понимаешь. – Эрика посмотрела на мужа с грустью, как смотрит мать на ребенка-несмышленыша. – Когда гости заселятся, наши тревоги не закончатся. Наоборот, они только начнутся.
