На следующее утро Элина с трудом преодолела пять лестничных пролетов, чтобы дойти до кухни, расположенной на цокольном этаже отеля. У кастрюли с густой, непривлекательной на вид кашей, помешивая ее, стояла Трейси. По щекам ее текли слезы, изредка капая в кастрюлю, — девушка беззвучно рыдала. Это зрелище было настолько похоже на то, как Элина воображала себе Трейси в роли жены Бена, что девочка застыла в дверях как вкопанная и только через несколько мгновений смогла войти в кухню и положить руку на плечо подруги.
— Сочувствую, — сказала она. — Я и не ожидала, что загаданное сбудется.
— Я не вынесу этого! — зарыдала Трейси в голос. — Желание должно сбыться!
В это время в дверь кухни заглянула мисс Калверт. В этот раз на ней был перламутрово-серый атласный халат и тапочки. Увидев Элину и Трейси рядом, дама нахмурилась.
— Элина Сенджер, тебе здесь не место! — рявкнула она. — А ну марш в свою комнату! Собирайся в школу! — Ворвавшись в кухню, она стремительно направилась к Трейси. — А что касается тебя, то тебе был телефонный звонок. Я объяснила, что ты работаешь у меня на кухне, но номер я записала. — И она отдала Трейси узенькую полоску бумажки.
Девушка взглянула на записку и в недоумении покачала головой.
— Он не сообщил своего имени и не Оставил никакого сообщения, — резко добавила мисс Калверт. — Тебе известно, что я не терплю, когда сюда звонят мужчины или когда они приходят к девочкам. Сообщи ему об этом, когда будешь перезванивать, но сначала выполни свои обязанности по подготовке к завтраку.
— Да, мэм, — смиренно отозвалась Трейси.
Взглянув в лицо подруги, Элина заметила, что ее щеки пылают, и решила, что это краска гнева. Но румянец Трейси был вызван не яростью, а волнением.
— Помешай за меня кашу! — выпалила она, вкладывая в руку Элины деревянную ложку, как только Виктория Калверт убралась с кухни. — Я прямо сейчас сбегаю в закусочную на углу и позвоню оттуда по этому номеру.
И, даже не снимая фартука, Трейси выскочила из отеля через служебный выход. До слуха Элины донеслись только ее торопливые шаги по ступенькам.
Элина осталась ждать. Помешивая кашу, она больше всего боялась, что та может пригореть или что мисс Калверт снова решит заглянуть на кухню.
— Как она смеет так разговаривать с Трейси?! — бормотала себе под нос девочка, ворочая из стороны в сторону густую, горячую, клейкую массу.
Ей уже скоро надо было выходить в школу. Если она опоздает, мистер Бернс будет бить ее линейкой.
В самый разгар этих невеселых размышлений в кухню ворвалась Трейси. Лицо ее светилось радостью. Подбежав к Элине, она сгребла ее в жаркие объятия.
— Они откликнулись! — крикнула она.
Элина недоуменно посмотрела на подругу. О чем это она?
— Откликнулись! Они хотят, чтобы я пришла еще раз на прослушивание, чтобы получить роль. Я там буду и петь, и танцевать! О боже, я сейчас взорвусь от счастья! — Она сорвала с себя фартук и помахала им в воздухе. — С кашей покончено, детка! Пойдем отпразднуем это событие настоящим завтраком и закусочной. А потом я собираюсь купить красивое платье в магазине Мэйси. До половины двенадцатого у меня еще есть время.
— Подожди, — разумно заметила Элина, — а чем ты собираешься платить? Может, все-таки подождешь, пока тебе дадут эту роль?
Трейси перестала кружиться по кухне и направила на Элину сияющие глаза.
— Мне ее дадут! Желание, которое ты загадала на когтях, принадлежавших мумии, сбывается!
Элину вдруг охватила дрожь. Трейси не закрыла за собой дверь на лестницу, ведущую на улицу, и порыв промозглого октябрьского ветра принес в теплую кухню сухие осенние листья.
— Может быть, это ник-какие и не к-когти, — вся дрожа, предположила Элина. — Может, они бы в любом случае тебе перезвонили.
— Они так и сказали. Вчера, когда я была на сцене, в театре случайно оказался режиссер шоу. В хор они меня брать не хотели, но режиссер решил, что я смогла бы сыграть роль голодающей молодой актрисы. Уж я-то смогла бы! — Трейси воздела руки к небу. — Ах, Элина, я уверена, что на этот раз все получится! Я чувствую это всем моим существом!
С одной стороны, Элина заразилась энтузиазмом подруги, но с другой стороны, где-то в глубине души у нее засел страх.
— Но мне надо в школу. А то мисс Калверт…
— Мы больше не будем бояться Виктории Калверт! Пусть она ругается и угрожает, да пусть хоть обкричится! Нас это больше не касается. Пойдем, я ужасно хочу есть.
Элина позавтракала с Трейси в закусочной, а потом они вместе отправились за покупками в магазин Мэйси. Подруга Трейси Мэрион позволила ей взять платье домой «на пробу».
— Все будет хорошо, — успокоила Трейси. — В театре всегда выплачивают авансы. Как только получу деньги, и сразу же вернусь и оплачу платье. По-моему, сидит оно идеально! — Девушка покрутилась перед зеркалом в примерочной.
Платье действительно ей шло. Оно облегало ее стройную фигуру, как перчатка руку, и придавало всему ее облику загадочность и романтичность.
Театр «Маджестик» располагался на 44-й улице.
— Ну, — обернулась Трейси к Элине, стоя за кулисами и готовясь выйти на сцену. — Я пошла!
