Он - отец моей подруги. Властный, взрослый и слишком опытный мужчина. Мне нельзя в него влюбляться. Нельзя даже смотреть на него. Он - табу. Но благодаря моей взбалмошной подруге Ленке мы оказались заперты с ним в морозилке тет-а-тет. Страшно представить, чем эта близость может для нас обернуться...
Вжавшись всем телом в сидение новомодного спортивного авто, я крепче затянула ремень безопасности, с ужасом рассматривая гололед и бушующую метель.
- Лен, что ты творишь? - охрипшим голосом прошептала я, начиная жалеть, что вообще села в машину к подруге. Сегодня она явно была не в духе. - Мы убьемся, понимаешь?
- Не убьемся, Аль, - самодовольно хмыкнула она, и теперь я вообще не была уверена в ее трезвости. Особенно, когда девушка не затормозила на пешеходном переходе и чудом не раздавила трех маленьких детей в карнавальных костюмах снежинок. Она истерически засмеялась, когда я завизжала от ужаса и злорадно хмыкнула: - Даже если убьюсь – так ему и надо. Будет знать!
- Кому «надо»?! Кто «будет знать»?! Лен, я не планировала сегодня сыграть в ящик! - от страха зуб на зуб не попадал, короткая двадцатиоднолетняя жизнь пролетала перед глазами снова и снова.
С Леной мы познакомились на третьем курсе института престижного вуза, когда наши группы расформировали. Она ребенок из обеспеченной семьи, взбалмошный и ветреный, а я, пусть родилась в столице, но моя мать - учительница в школе, а отец - обычный слесарь.
С ней казалось весело, она была словно человек-праздник. Всегда в хорошем настроении, всегда с алкоголем. Именно Ленка открыла для меня мир тусовок, а я для нее - мир уроков. Мы дополняли друг друга, но по большей части я чувствовала свою внутреннюю миссию научить ее хоть чему-то полезному. Кроме того, какие фильтры в социальных сетях больше подходят ее типу лица.
Мы договорились, что Лена заберет меня вечером тридцать первого декабря от родителей, и мы поедем отмечать Новый год вместе с ее парнем в клуб «Красная Роща». Но парня в машине не оказалось, и это сразу должно было насторожить. Отчасти меня это радовало, ведь Роман был еще тем подонком. Спонсировал Ленку травкой, вытягивая из нее огромные деньги.
- Папе моему нужно! - прорычала она раздраженно, а затем достала новый, еще даже не распакованный телефон в целлофане и выбросила его в окно, громко смеясь. - Пошли нахер его тупые подарки, пусть знает!
Я хмыкнула от мысли, что только что девушка выбросила сумму, на которую моя семья жила три месяца. Для нее это был ужин в ресторане или парочка новых носков известного бренда.
- Не понимаю, о чем… - молчать было страшно, я то и дело ловила взглядом прохожих, разбегающихся перед колесами машины. Лена даже не включила фары, будто специально испытывая судьбу.
- Этот урод, - так Лена за глаза величала своего отца, - поговорил с Ромкой без моего ведома, представляешь? Дал ему денег, чтобы тот меня бросил. И он бросил!
- Если бы Рома тебя любил, то ни за какие деньги не бросил бы… - прошептала я, закрывая глаза. От страха сосало под ложечкой, сводило челюсти.
- Он меня любит! - закричала Лена, вдавливая педаль газа, как умалишённая. - Просто перед деньгами не все устроят, понимаешь? Тебе не понять, у тебя ни денег, ни любви...
Когда Лена была зла, она не следила за словами, а я от этого будто вечно жила на пороховой бочке. Но и бросить ее не могла, потому что была уверена – без меня Ленка точно влипнет в неприятности.
- Спасибо, - глухо отозвалась я, не скрывая сарказма. - Высади меня где-нибудь, пожалуйста. И разбивайся кому-то назло без меня.
Девушка тяжело вздохнула, заметно успокаиваясь. Она снизила скорость до приемлемой, и только тогда я поняла, как давно не дышала нормально - ощутимо пекло легкие.
- Прости, - прошептала она, паркуясь. Я все еще не могла найти сил открыть глаза, тело потряхивало от пережитого стресса. - Ты ведь понимаешь, что это я на нервах ляпнула, да? Я же тебя люблю, Аль! А теперь идем. Хочу устроить взбучку старику, пусть встряхнется.
«Только не это!» - простонала я про себя, но, стоило открыть глаза, как мои худшие ожидания оправдались. Перед глазами предстал ресторан «Сокол». Самое дорогое люксовое заведение в столице, находящееся во владении депутата. А по совместительству и отца Ленки.
- Иди без меня, - взмолилась я, уже зная, что подруга ответит. Выбора мне никто не оставил.
- Нет! Я не могу без поддержки, ты же знаешь. Отец меня раздавит своим авторитетом! - она заглянула мне в глаза с мольбой, пустив скупую одинокую слезу. Эта девушка умела выпрашивать то, что ей было нужно. Играть на нужных струнах.
С тяжелым сердцем выйдя из авто, мне потребовалось около пяти минут, чтобы прийти в себя, голова нещадно кружилась. Средний чек ресторана «Сокол» был выше месячной зарплаты моих родителей вместе взятых, о крохотной стипендии не стоило и вспоминать.
Я с ужасом и стыдом посмотрела на мраморные колонны, ступеньки, покрытые красным дорогим ковром, а потом на себя… Пусть я и собиралась на праздник: легкий вечерний макияж включал в себя стрелки, красные губы, а также аккуратно завитые белокурые волосы. Но все же мое простое черное клубное короткое платье и полусапожки на шпильках никогда не будут приняты высшим светом. Особенно тонкая черная шубка из искусственного меха, которую Ленка месяц назад высмеяла.