Так уж получилось, что я отец-одиночка, у меня мальчик и еще один мальчик. Был бы третий малыш, да наша мама и ребенок не пережила родов. С работой мне не повезло, очень уважаемая профессия в СССР - учитель. Да зарплата оставляет желать лучшего, да еще одна проблема не просто нищий учитель, а сельский нищий учитель. Благо я уже как-то умудрился прожить жизнь, умереть и вернутся в исходную точку, что переломала меня через колено. Получается сама судьба дает мне второй шанс.
— Папка! Папка! Не умирай! Папка! — Слышу плачь ребенка, ощущаю удары детских кулачков в грудь. Совершенно не понимаю, что происходит.
— Папка! — Да кто так надрывается? Детей у меня нет. Точнее есть два взрослых сына, они явно не дети. С трудом открываю глаза.
— Сережка⁈ — Моему удивлению нет предела. Мой старшенький, ему сейчас 45 годиков, но здесь и сейчас не более 5 лет, мы в нашем старом сельском домике.
— Папка! Ты живой! — Радости Сережки нет предела, он бросается меня обнимать, а чуть ниже в ногах сидит маленький Вовка и рыдает. Ага маленький, офицер, семья дети, а тут ему года 3. Получается я что помираю и у меня глюки, вижу всю жизнь перед глазами?
— Все хорошо Сережа. — Я обнимаю сына, глажу его по голове. Вовка по моим ногам ползет к нам. Он похоже просто напуган слезами старшего братика. Я непонимающе вожу взглядом по комнате и обстановке. Все как тогда при СССР. Когда умерла жена родами вместе с ребенком и мы остались втроем на хозяйстве. Надо сказать в достаточно небольшой забытой Богом деревушке, где я учительствовал.
Был грех, хоть два малолетних сына на руках, но узнав новости, что вместо того, чтобы стать отцом в третий раз я потерял жену и ребенка нажрался, как скотина. Да был такой эпизод в моей жизни, которым кстати ни разу не горжусь. Почему именно он вошел в мое умирающее сознание и вижу именно его?
— Сергей Владимирович, напугали вы нас. — Перевожу взгляд, за столом сидит соседка, все как тогда было. Я поехал в роддом. В районный, хоть деревушка и маленькая, но председатель нашел машину, учитель он в СССР пусть и не самый богатый человек, но крайне уважаемый. До Ельца чуть более 30 км, вот мы и поехали. Я ждал, долго ждал, ребятишки остались с соседкой. Потом, ну после новости нашел таксистов, новость была в ночь, а ЭТИ, даже ночью продавали водку. С кем пил, как пил, как оказался дома ничего не помнил. Денег в карманах не было. Спасибо неизвестным мне собутыльникам. Ведь по словам соседей приехал на такси, хоть на такси оставили. Да и не убили. Хотя зачем меня убивать? Я не с заработков, с золотых приисков приехал, денег половину зарплаты с собой взял. Хотел «магарыч» проставить, чтобы палату получше, отношение к жене, да всякие фрукты-овощи. Ну и ей надо было денег оставить. Зарплата же у меня небольшая всего 120 «рЭ», правда оклад побольше. Надо понимать премия есть, каждый урок дополнительно по сетке оплачивают, тринадцатая и четырнадцатая зарплаты, доплата за классное руководство, за ведение кружка и школьного музея посвященного ВОВ.
— Баб Нюр. Ты детей забери разговор есть.
— Да куда ж я их дену Сергей Владимирович? — Всплеснула руками соседка.
— До дому, сказать одно надо, да деду своему передашь.
— Неужто беда какая?
— Она самая…
Соседка похватала ребятишек в охапку и убежала. Я не знаю глюк или нет, но было просто до невозможности плохо. Жуткое похмелье, как в «реале». Причем игры моего умирающего сознания или перенос во времени я не очень понимаю башка не соображает. Но пить при детях не хотелось. Когда баба Нюра убежала я достал бутылку самогонки. В деревне гонят все и райком и партком и милиция тайком. Пусть я и гуманитарий, но физику учил и перегонный куб собрал. Налил граненый стакан и выпил залпом, практически сразу полегчало. Вышел во двор, где мой верный Шарик благородной породы двортерьер радостно запрыгал при виде хозяина. Лето… Дошел до огорода, благо зелень сбоку дома далеко ходить не нужно и сорвал несколько пучков зеленого лука. Закуска готова, а во дворе надрываясь орали не кормленные свиньи. Хлеб он в каждой деревенской избе сейчас есть. Достал со стены из сумки буханку отрезал хлеб, солонка на столе, а перья лука даже обмывать в воде не стал, чай не помру в глюках, если это глюки от немытого. Вот и закуска есть. Налил второй стакан и когда пил, услышал, как скрипнула дверь. Забежала баба Нюра, которая тактично подождала, пока выпью и закушу.
— Случилось, что Сергей Владимирович? — Когда я занюхал и прожевал немудреную закуску спросила соседка.
— Случилось… Нет больше Наташки моей и дитенка тоже нет. — Ответил я бабе Нюре. Та всплеснула руками.
— Горе-то какое. Как же вы теперь?
— Не война! Советская власть не бросит, проживем.
— Детям-то говорить будешь?
— Зачем? Душу рвать? Совру чего, да и увезти их надо куда, когда похороны будут.
— Куда ж их отвезти? — Вздохнула соседка.
— У односельчан спрошу, может у кого родня в соседней деревне, думаю приютят пацанов на половину дня.