Отъявленный программист: лайфхакинг из первых рук полностью

Не могу дать ответа на ваши вопросы, но как минимум для меня очевидно, что разросшийся Интернет и бесконечный мир вещей захватывают сознание людей... Как результат вокруг наблюдается острый дефицит самоконтроля и человечности... все эти твиттеры и новостные агрегаторы, быстрые перекусы и СМС, бесконечные путешествия и развлечения, бешеный темп жизни в мегаполисах... Одним словом, это силой вывернутая наружу интроспекция, которая выжигает нашу низкочастотную, слишком медленную человеческую идентичность. Времени на внутреннюю жизнь, на переваривание завалов знаний и впечатлений остается все меньше, а «сырой и рафинированной» информации извне — все больше. На Западе этот исход самосознания вовне окрестили снэк-культурой. В чем корни такого глобального ускорения?

Объем информации в Интернете удваивается сейчас каждые полтора года, число компонентов в микросхеме — каждые 18 месяцев (закон Мура).

Существует также понятие narrow attention span (короткий отрезок внимания), когда современные люди не в силах не то что читать старую неспешную литературу или смотреть старые фильмы, но даже дослушать сложное предложение с придаточными до конца, им становится скучно («люди экрана», по Мартину).

Бодрийяр перефразировал постулат Маклюэна media is the message, сказав, что мессэдж превращается в массаж. Жизнь сводится к набору микростимулов-похлопываний, микрореакций на них и ожиданию следующих, более новых и приятных микростимулов. Такая плотность связана с необходимостью как можно быстрее распространять влияние контроля, который сегодня во всех областях переходит с макро- на микроуровень.

Широко известен третий закон Артура Кларка: «Любая достаточно развитая технология неотличима от магии». XXI век станет веком высшей магии? Какую роль играют технологическая магия, все эти бесконечные гаджеты, плазменные экраны и стоядерные процессоры вокруг нас, в эволюции человечества?

Кларк смотрел на мир сквозь розовые очки и слабо разбирался в магии, поэтому недоговаривает самого существенного: «Любая достаточно развитая технология неотличима от черной магии». Приносимый технологией долговременный вред обычно пропорционален ее начальным обещаниям, выступающим приманкой.

Тут достаточно вспомнить пример из Гюго — «это убьет то», сказанное в отношении отпечатанной книги и собора (а затем и Фулканелли убедительно демонстрирует ущербность книги по сравнению с выразительными средствами скульптуры и архитектуры), критику телескопа и микроскопа у Блэйка, лекцию Дугина «Постпространство и черные чудеса» и т. д., и т. п.

Я все-таки пытаюсь понять: сделают ли технологии людей лучше, хотя бы в чем-то, или наоборот — техногенный путь эволюции ведет в конечном счете к деградации? Вообще, современный человек чрезвычайно техноцентричен, это какая-то новая подмена религии (вера во всемогущество знаний и технологий)?

Ответ зависит от позиции. С точки зрения антропоцентрического натурализма существует и полезно лишь непосредственно воспринимаемое органами чувств, без посредников в виде технологий. Все остальное относится к инфернальным областям. Под познанием подразумевается не аналитический, деструктивный по отношению к целостности процесс, а скорее некое единение с объектом, в чем-то похожее на эротический смысл слова «познать».

Любая технология или техническое средство уменьшает человеческое в человеке (и саму жизнь), увеличивая влияние ничто. Уильям Блейк — характерный выразитель такого подхода в поэме «Мильтон» — описывал полюса и небеса, движущиеся вослед положению человека (то есть определяемые только им), добавляя: «Микроскоп не знает и не знает телескоп. Они изменяют рацио наблюдателя, но не проникают в сущность объектов».