— Ты не засиделась? — спросил я. — Твой парень, наверное, уже волнуется.
— А я ему только что звонила, — тотчас ответила девушка, запивая баранину вином. Мы пили его из кофейных чашек. — Он сказал, чтобы я оставалась здесь, а не блуждала в потемках.
— Лучше я тебя провожу.
Лера отставила чашку, промокнула губы салфеткой и с едва заметной иронией спросила:
— А я тебе так сильно мешаю? Или ты, может быть, боишься ревности моего парня?
Я встал из-за стола. Пусть думает что хочет. А я устал. Я смертельно устал. Я хочу выспаться, чтобы завтра с новыми силами двигать себя к своей высокой цели.
Я снял с себя свитер, окончательно разорвав его по шву, и рухнул на кровать поверх одеяла. Ничего не понимать, пытаясь понять все, — каторжная работа. Своему врагу не пожелаю.
Я открыл глаза, увидел ослепительный солнечный свет и вскочил с кровати. Сколько лее я проспал? Бежали бесценные минуты нового дня, а я неподвижно лежал, блаженно сопя в подушку.
Леры не было. Ее кровать аккуратно застелена, настолько аккуратно, что появляется сомнение, а ночевала ли она здесь? На столе, как фигуры на шахматном поле перед началом игры, выставлены чашка, сахарница, турка с теплым молоком и несколько бутербродов, завернутых в пищевую пленку. Красиво подано! И комментарий на цветном плотном листочке, украшенном вензелями (наверняка из органайзера выдернула): «Кофе на плите. Извини, если костюм окажется чуть великоват. Я пыталась измерить твой рост и талию, но ты спал в такой позе, что возможны огрехи. Я на вышке. Свидимся! Лера».
Я спустился во двор, там же растер тело снегом, затем умылся из ведра ледяной водой, остатки которой вылил себе на голову. Вот теперь я окончательно проснулся, и мозги работают на полных оборотах!
Вернувшись в комнату, я развернул бутерброд и вцепился в него зубами, попутно соображая, о каком костюме упомянула в своей записке Лера. На стуле обнаружил пестрый пакет. Взял его и вытряхнул на кровать новенький горнолыжный костюм пламенно-красного цвета. Пощупал плотную ткань, поиграл многочисленными молниями и липучками, посмотрел на ценник. Однако девочка явно завышает мои возможности. Понятно, что это не подарок. Она купила его мне в долг, уверенная, что я скоро рассчитаюсь с ней. Спасибо, милая, конечно… Такую красивую одежку я давно мечтал купить, но смущала цена. Горнолыжный комбинезон этой фирмы стоит никак не меныЦе семисот — восьмисот долларов.
Я с удовольствием засунул себя в комбинезон. До чего же удобный! И ничуть не велик, точь-в-точь копирует мою фигуру. Вот только с цветом девочка не угадала. Красному я бы предпочел белый, как снег, с серыми камуфляжными пятнами. Мне не светиться на склонах надо. Мне полезнее быть малозаметным, неприметным, желательно вообще невидимым.
Но делать нечего. Я сходил на кухню, где гремела кастрюлями хозяйка, принес оттуда кофе и завершил завтрак. Теперь можно определиться с тем, что я должен сделать и чего не должен делать. Ехать в поселок Мижарги, как требовал убийца, для меня все равно что трогать пальцем зубья капкана. Я должен подойти к леднику другим путем — через перевалы, седловины и хребты. И не должен ни при каких обстоятельствах попадаться милиции.
В дверь постучали. Вошла хозяйка, стала собирать со стола посуду.
— Ваш друг вами интересовался, — сказала она, смахивая крошки в ладонь.
— Друг? — насторожился я. — Какой друг?
— Он говорит, вы его знаете… Я снег во дворе подчищала, а вы еще, наверное, спали. Он подходит и спрашивает, не остановился ли у меня молодой человек, роста высокого, широкоплечий, Кириллом зовут. А я ж слышала, как девушка вас называла. И парню тому говорю, что да, поселился вчера вечером… А вы что ж, не знаете, кто это?
Она смутилась, почувствовав, что оказала мне услугу, которой я не слишком обрадовался.
— Вспомню! — улыбнулся я и махнул рукой, дескать, не стоит думать о такой чепухе. — У меня друзей много. А как выглядел этот человек?
— Молодой! — всплеснула руками старушка. —Совсем еще молодой. Лицо такое ладное, светлое. Очень хорошее лицо. И вежливый: здравствуйте, бабушка, до свидания, бабушка…
— Как был одет?
— Да просто, как все. Курточка блестящая такая, на молнии. И штаны теплые, чтоб на снег не холодно падать. А на голове черный платок… Ох, я на эти платки смотреть не могу! Ну, где это видано, чтобы парни платки носили! И ведь еще и серьги в ухо цепляют!
Субъект в бандане, о котором меня предупреждал убийца! Опять за мной «хвост»! Следит, но на контакт не идет. Что ему надо? Кто он? Вот уже выяснил, где я поселился. Контролирует все мои передвижения? Зачем? «Молодой, лицо ладное…» Симпатичный то есть. Чует мое сердце, что это Мураш. Неужели, он настолько крепко вцепился в меня, что до сих пор находится где-то рядом?
