– А как мы вас спасать будем, случись чего? – спросил огнеборец.
– С этим домом ничего не случится. Если вам позвонят и скажут…
Клару остановил другой огнеборец, отрицательно покачав головой. Клара поняла, что слово, которое она собиралась сказать, не стоит произносить вслух.
– … И скажут, что вам нужно приехать на этот адрес – знайте, что это шутка, – закончила мысль Клара.
– Прошу, – сказала Клара участковому, стоя в дверях дома.
Альберт подошёл к «опеке» и напомнил про понятых. «Опека» стала отмахиваться от олигарха, объясняя ему, что она не хочет сидеть, что ей и стоять пока не надоело, и сказала даже, чтобы он вообще исчез из её поля зрения.
Участковый быстро и поверхностно осмотрел комнаты, не побоялся заглянуть и в котельную, всё время повторяя себе под нос: «Чисто. Чисто. Чисто».
Через минуту Клара и участковый уже стояли на крылечке.
– Сигнал не подтвердился. Никаких признаков притона или других противоправных действий не выявлено. Осмотр завершён, – отчитался участковый громко, чтобы заказчик тоже услышал, и, обращаясь к огнеборцам, добавил: – Извините, ребята, что дёрнули вас.
– Надо законодательно запретить такие двери и замки, которые нельзя вскрыть, – заявил старший из пожарных обиженным голосом. – Как их спасать? Сам подумай!
– Давай не сейчас, – отмахнулся участковый. Ему давно уже очень хотелось закрыться у себя в кабинете: он, если уж на то пошло, не любил людей и общался с ними только в самом крайнем случае.
Пожарные стали собираться вслед за участковым. Эмма Эдуардовна посмотрела на олигарха, на его охрану и сказала виноватым голосом: «Понятые свободны». Пришлось гуськом уходить и этим. Олигарх почувствовал себя сначала побитым, потом оскорблённым и… задумал новый план.
Во дворе остались «опека», тётя Лиза, Олег Васильевич и Клара.
– Ну, что мне с вами делать? Расскажите своими словами, кто вы, что вы, – Эмма Эдуардовна посмотрела на Клару, как на грудничка, ожидая в ответ услышать «агу-агу».
– Папа решил продать этот дом. Попросил меня помочь, так как он не мог приехать в Старую Руссу сам и провести здесь несколько дней или пару недель. А у меня как раз каникулы. А я – что? Я – всегда пожалуйста: рада помочь любимым родителям. Тем более я с детства знаю семью Резниковых – это наши соседи, вон их дом напротив. И их сын Йошка – мой лучший друг. Папа привёз меня сюда вечером шестого августа. Так что я тут немного отдыхаю, готовлюсь к школе, читаю литературу по списку и вместе с этим показываю дом всем, желающим его купить, – охотно объясняла Клара.
Во двор вошёл Йошка.
– Вы кто? – спросила Эмма Эдуардовна.
– Сын её, Йошка, – ответил мальчик, и Клара приготовилась: сейчас точно будет концерт.
– Вы не можете быть её сыном, – уверенным тоном возразила «опека».
– Мама, вы меня обманывали? Я – девочка?! Или вы мне не родители?.. – голос Йошки срывался.
Клара смеялась в голос, как никогда раньше.
– Кто вы ей? – ещё раз спросила «опека» с раздражением в голосе, пальцем показывая на Клару, и едва не ткнула ей в плечо своим экстремально длинным ногтем. Клара отодвинулась в сторону.
– Ну, если ей я больше не сын, – повернувшись к своей матери, сказал Йошка, потом изобразил сложный мыслительный процесс и, переведя взгляд на Клару, завершил, – то ей я теперь – подруга.
– Прекратите ломать комедию! Вы с представителем власти разговариваете! – «опека» уже сильно разозлилась.
– Ах, я забыл, что умею читать мысли. Конечно, представитель власти… Чем могу служить? – расшаркался Йошка.
– Как вас зовут? – Эмма Эдуардовна сделала ещё одну попытку разобраться.
– Йошка.
– Серьёзно?
– Да. Так и написано: «Иосиф Семёнович Резников». Только все зовут Йошкой. Вам надо, как написано? Или как зовут?
– Понятно, – сердито сказала «опека». Никто не может выносить Резниковых долго – Клара знала это на своём опыте.
– А вас? – поинтересовался Йошка.
– Король Эмма Эдуардовна, сотрудник отдела опеки и попечительства.
– Правда? – Йошка повторил интонацию «опеки» с поразительной точностью.
– Прекратите балаган!
– Мама! Ты что, от угроз перешла к делу и сдаёшь меня на попечение государству? За что?!
– Да идите вы, – выпалила Эмма Эдуардовна и, кажется, со слезами на глазах вышла со двора на улицу.
– Что это было? – спросил Йошка.
– Непонятно. – Клара пыталась разобраться. – Тут были трое, двое из которых приходили ко мне под видом покупателей. Женщина – та вообще позвонила вчера папе и сказала, что покупает дом. Он должен был сегодня приехать за деньгами, но его дела задержали. И вот главный из этой троицы нанял службу опеки, чтобы что-то сделать. Не знаю, чего они хотели. План они не раскрыли.
– План у них был – войти в дом и провести там обыск, – произнес Олег Васильевич. – Но дело застопорилось на входной двери. Они не смогли срезать петли.
Йошка поднялся по ступенькам на крылечко, осмотрел верхние петли, потом нижние, потом средние.
– А они пытались? Тут нет отметин.
– Один круг они сломали об дверь, второй, алмазный, я им спасла своим появлением, – усмехнулась Клара.
– Они хотели зайти в дом, – уверенно сказал Олег Васильевич.