– Я сама отказалась жить у Резниковых, это мои соседи напротив.
– Так. И что? Ты отказалась выходить на улицу. Дальше!
– Утром денег в баночке не было.
– Ты спрашивала у дяди…?
– Сёмы.
– Ты спрашивала у дяди Сёмы?
– Он точно положил. Они с родителями всю жизнь знакомы. Тут – без вариантов. А если бы я у него спросила, то через минуту о пропаже денег по моей вине уже знала бы моя мама, а ещё через минуту сюда ехал бы папа…
– Понятно. Побоялась. Знаешь, сколько проблем и чего похуже случается, когда дети и подростки не хотят, стесняются или боятся о чём-то рассказать родителям? – спросила Галина Ивановна, но Клара поняла, что на этот вопрос можно не отвечать.
– Идём в ресторан, – приказала Галина Ивановна, и Юрий Палыч послушно стал подниматься из кресла.
– Я не могу, – тихо промолвила Клара.
– Ещё почему? – удивилась Галина Ивановна.
– У меня же нет денег! – выпалила Клара, и на её изумлённом лице можно было прочитать: «Вы что, уже забыли?»
– Нас приглашает кавалер. Он за всё и платит. Вперёд!
У Клары в итоге не получилось ничего из задуманного. Её план состоял в том, чтобы выпроводить симпатичную семейную пару, Юрия Палыча с его женой Галиной Ивановной, и быстро чем-нибудь перекусить. Ну, хотя бы компотом с остатками гречневой каши и мяса из открытой банки, которую Клара… забыла поставить в холодильник. Ну, хорошо: гречка с компотом и без масла – нормальная еда, для которой надо просто достаточно проголодаться. План был прост: быстро перекусить и окунуться в чтение дневников с надеждой, что магия вернётся. Но разве можно перечить Галине Ивановне, когда она уже решила накормить детку? Последним её аргументом, который, надо сказать, сработал, была угроза сообщить Клариному отцу, что у его дочери украли деньги. Эта угроза, недовольно бурчащий живот и острое, как никогда раньше, чувство голода, от которого уже появилась резкая боль в боку, сделали своё дело.
Клара в сопровождении семейной пары шла в центр, в ресторан. Клара подумала, что было бы классно поужинать в «Калачах». Пицца – это то, что она сейчас съела бы в одно лицо. Самую большую. На толстом тесте. Если можно, то теста, сыра, мяса и всего остального побольше.
В центре, как этого и следовало ожидать, (это всё-таки Старая Русса, а не какой-нибудь Новосибирск, Москва или Питер) Кларе встретились Катюха и Липкий из компании Славика. Липкий кивнул, приветствуя Клару, а Катюха что-то говорила Липкому одними уголками губ, наивно полагая, что окружающие не увидят её уловки. Дура какая-то. Клара кивнула в ответ.
– Друзья? – спросила Галина Ивановна.
– Знакомые.
– Хочешь, пригласи, пусть идут с нами, – неожиданно предложила Галина Ивановна.
Предложение настолько не вязалось с тем, что Клара знала и думала об этой женщине, что она не удержалась и внимательно посмотрела на Галину Ивановну: не смеётся ли подполковник юстиции над девочкой. Подполковник не смеялась.
– Спасибо. Не надо.
– «Раскольников», «Башня» или «Калачи»? – спросила Галина Ивановна, предлагая выбрать один из ресторанов.
– «Калачи», – почти крикнула Клара и, конечно, выдала себя.
– Хорошо. Можешь заказать всё, что угодно, но сначала салат и супчик, – поставила условие Галина Ивановна.
– Вы как мама, – усмехнулась Клара. – Наверное, мамы в этом смысле взаимозаменяемые.
– Поясни, – потребовала Галина Ивановна.
– Все заботятся о питании. Одинаково.
– Пошли. Салат и суп. Потом – что угодно, и остаток пиццы можешь забрать с собой. Или сама съешь, или друзей угостишь, – кажется, Галина Ивановна умела читать мысли.
Клара не сильно сопротивлялась салату, потом с аппетитом, удивляясь себе, съела супчик и пожалела, что тарелка такая маленькая. После этого она съела огромный кусок пиццы, даже не замечая, с каким умилением смотрят на неё Юрий Палыч и Галина Ивановна, и откинулась на спинку дивана, едва не мурлыкая от удовольствия. Потом опомнилась. Села ровно, отряхнула крошки и салфеткой прошлась по уголкам губ.
– Извините. Спасибо большое. Папа завтра вам заплатит. Я ему скажу. Но только не маме, – поблагодарила Клара.
– Хорошо. Хочешь чего-нибудь ещё?
– Хочу, но это никто не в силах сделать, – высказала Клара свою потаённую мысль и сразу же запнулась настолько, что не сдержалась и руками закрыла рот, чтобы остальные слова не выскочили оттуда без спроса.
– Говори прямо, не бойся, – предложила Галина Ивановна и, посмотрев на мужа, потом на Клару, спросила: – Ему уйти?
Клара всё ещё с руками у рта отрицательно покачала головой.
– Дом нельзя продавать завтра. Его вообще нельзя продавать. Я не могу сказать почему, – призналась Клара совершенно незнакомой женщине, которая может запросто оказаться охотником за блокнотами деда. – Не спрашивайте почему.
– Допустим. А почему вы его продаёте? – спросила Галина Ивановна. – Теперь скажи честно, как есть. Завтра я, так или иначе, буду знать всё.
– Папе нужны деньги. Он решил продать дом деда. Он тоже не хочет его продавать, – Клара снова была готова расплакаться.
– Спокойно. Сначала факты. Почему папе срочно потребовались деньги? – Я не знаю.
– Он попал в ДТП? Что случилось за последнее время?