Должен заметить, что когда ситуация резко перевернулась, противники вдруг резко показались малочисленными и совершенно неопасными. Изначально их было восемь, кастрированный Алисой убежал с самого начала, обидевшись на главного. Двоих зашибло дверью. Одного догнала молния из руки Алисы, и вот их осталось всего четверо, а Алиса даже ещё толком ничего не начала! Так, она просто не успеет удовлетворить свою жажду мести!
Один из местных открыл встроенный в стену шкаф и выгребал из него палки и щиты. Похоже, что это было их оружие, при помощи которого они охотились на фурий. В суете никому даже в голову не пришло вооружиться… или они настолько верили в нерушимость двери и бронированного стекла?
В общем, догадался только один, и искал он что-то определённое. Я не стал выяснять что именно и бросил шар плазмы ему в ноги, чтобы не убить ненароком, но погасить энтузиазм. Убивает пускай Алиса, это её месть, её право. Да и не горю я желанием участвовать в бойне. Я своё дело сделал и помогу, если надо, но вставать на пути между Алисой и её жертвами, боже упаси!
Алиса, кстати, тоже притормозила. Видимо, ей не хотелось, чтобы всё закончилось слишком быстро, и она решила растянуть удовольствие.
Главный, кстати, был ещё жив, но от его былого задора не осталось и следа. Скажу больше, он проявил себя хуже всех! Забился в угол и напрудил там лужу. И это не образное выражение, под ним реально растеклась просто огромная лужа. Сам он трясся и выглядел затравленным. И куда что делось?
В общем, кроме него и того, которому я парализовал ноги, оставалось ещё двое, которые спрятались за кресло возле стены, потому что лучше ничего не придумали. Идиоты, в данном случае кресло может послужить оружием их казни. Алисе достаточно пнуть его ногой. Неужели они не видели, что произошло с дверью?
— Ну что, мальчики, кто из вас самый смелый? Или всё? Смелость закончилась? Я с вами хочу поиграть! — пророкотала Алиса.
Мне смотреть на эти игры не хотелось, потому что попахивало расчленёнкой или ещё чем похуже. Алисе уже ничего не угрожало, и я решил переждать её «игры» где-нибудь неподалёку. Тем более что нужно было найти Марту. Я подобрал свой рюкзак, который меня заставили снять перед входом в камеру и, проходя мимо Алисы, сказал:
— Одного оставь в живых, нам понадобится кое-какая информация. Только не этого зассыху, — я махнул в сторону главного, — этот прям фу!
Тот, поняв, что говорят про него, жалобно заскулил. Удивительно, какой диапазон эмоций у человека… хотя, какой он человек? Так, очередной кусок говна!
— Да! И желательно, чтобы он мог разговаривать, — добавил я, выходя из комнаты, но потом сделал шаг назад и ещё добавил, — и не затягивай, нам ещё отсюда выбираться нужно, а это будет непросто!
— Учту! — пророкотала Алиса.
Я ушёл и не видел, что там творилось, но криков было много. И кричали не от страха, а в основном от боли. Эти крики очень сильно отличаются, можете мне поверить.
— Марта! — крикнул я, стараясь перекрыть доносящиеся из комнаты звуки.
Сначала ответа не было, но вскоре что-то мелькнуло, и она возникла рядом со мной, приблизившись с невероятной скоростью.
— Ты цел? — спросила она.
— Тебя это удивляет? — ответил я ей в тон.
— Уже, наверное, нет! — радостно сказала Марта, — но, честно говоря, я думала, что всё плохо и тебе не выбраться. Я бегала, искала какой-нибудь вариант, но ничего не нашла. У меня был план найти других фурий и освободить, но все камеры, которые я открыла, были пусты. Правда, не во все секции я смогла проникнуть, некоторые двери были заперты, и я не смогла их открыть. Там нужны ключи.
— Алиса свободна и теперь наслаждается местью, — сказал я, — сейчас она закончит, и надо будет отсюда выбираться. Хорошо бы найти путь не через армию здоровяков.
— У меня нет плана этого места, ты же знаешь, — развела руки в стороны Марта, — так что я знаю только тот путь, которым мы пришли.
— Я попросил Алису оставить нам одного пленника, как раз с этой целью. Надеюсь, она не войдёт в раж и не прикончит его.
Вопли в комнате постепенно стихали, потому что кричащих становилось всё меньше и меньше. Наконец, остался только один голос. Мы увидели, как в коридор вплыла Алиса, на высоте около полуметра над полом. Она одной рукой держала за ногу оставшегося в живых парня, который скрябал по полу руками, пытаясь зацепиться.
— Красивая! — сразу оценила её Марта, — особенно грудь!
— Ты же женщина, что тебе до чужой груди? — удивился я.
— Это не значит, что я не могу заценить то, что красиво! — возмутилась Марта моим непониманием, — но её, конечно, нужно бы приодеть. Ходить в таком виде не очень. Слишком бросается в глаза. В толпе не затеряешься!
— Как будто МЫ можем в толпе затеряться, — хмыкнул я.
— Тоже верно, — не стала спорить Марта, — надо ей хотя бы футболку какую-нибудь найти.
— Кстати, открою тебе секрет, если ты не знала: фурии всегда очень красивые, — сказал я, — такая особенность. Это не я такой вывод сделал, это общеизвестный факт.
— А я бы могла стать фурией? — с хитрецой спросила меня Марта.
