— Подтверждаю! — сказал я, направляясь в дальний угол столовой, где виднелся холодильник и шкафы, как я надеялся, с продуктами, — говна в тебе оптимальное количество. Ровно столько, сколько надо.
— А можно не повторять так часто слово «говно»? — попросила Марта.
— Но ты же сама его только что произнесла, — усмехнулась Алиса, — ты же слышал? — она обернулась к пленнику, и тот быстро и испуганно кивнул. Потом испугался, что кивнул и посмотрел на Марту. Тут же понял, что Алису нужно бояться гораздо больше, и кивнул ещё раз на всякий случай.
— И как вы смогли меня поймать? — задумчиво сказала Алиса, с брезгливостью глядя на пленника, — вы же сопли бесхребетные!
— Технология! — крикнул я из дальнего угла столовой, — у них этот процесс уже отлажен, они сработали по алгоритму. Не наделали ошибок, и всё получилось. Ошиблись бы, ты бы их размотала, к гадалке не ходи.
— И кто же придумал для них этот алгоритм, — спросил Алиса, усаживаясь за стол.
— Тот, к кому мы сейчас будем вынуждены наведаться в гости, потому что выход отсюда есть только через его покои. И если ты ждёшь, что я буду накрывать перед тобой стол, то напрасно. Иди сюда, давай вместе разбираться, что тут есть интересного, — сказал я.
— Эй, я же жертва насилия! — возмутилась Алиса.
Марта не удержалась и прыснула со смеха.
— Да уж, жертва! — сказала она.
— Твоя баба начинает меня подбешивать! — сказала Алиса, пристально взглянув на Марту через плечо.
— Однако ты её должница, так что смирись! — сказал я, выставляя из шкафа на стол разнообразные банки.
Алиса хотела возразить, но передумала и тоже переключилась на еду. Банки были в основном новыми. Не старые заводские запасы, а вполне себе свежие «закрутки». Здесь были как овощи, так и мясо. Тушёнка в стеклянных банках. Подписано от руки на крышках. Видимо, фермерские продукты. Это сейчас была тема, набирающая популярность, но в мегаполисе, пусть и разрушенном, достать такое было и сложно, и дорого. А здесь, похоже, прям стабильные поставки в масштабах близких к промышленным. Вряд ли только в красной зоне это едят, на остальных уровнях наверняка тоже. База Тритона становилась всё интереснее и интереснее.
— О, сгущёночка! — воскликнула Алиса.
Она нашла старую жестяную банку ещё заводского производства. Пробив крышку ногтем, она провела им по всей окружности, полностью срезав крышку, пока та не отскочила в сторону.
— Ни хрена себе маникюрчик! — потрясённо сказала Марта.
— Шейку почесать? — выставила Алиса перед ней средний палец, с не таким уж большим, но, как оказалось, очень острым ногтем.
— Спасибо, нет! Но если надо будет кого-нибудь прирезать, я обязательно тебе сообщу, — сказала Марта.
— Обращайся, — сказала Алиса и приложилась к банке, осушив её полностью за несколько глотков, после чего со стуком поставила её на стол и смачно рыгнула.
— Фу, — сказала Марта, — а можно было без этого? Тебе это не идёт!
— Без этого было бы не так вкусно! — Алиса расплылась в улыбке перемазанными в сгущёнке и крови губами.
Мы ели быстро, но всё равно с удовольствием. Экономить чужую еду не собирались, поэтому устроили пир горой, понадкусовав и перепробовав почти всё, что имелось в наличии. А некоторое разнообразие здесь присутствовало. С собой тоже постарались прихватить, но не слишком много.
Ещё было неизвестно, как мы отсюда выберемся, так что навьючиваться как ишаки мы точно не хотели, тем более Алиса вообще отказалась что-либо нести, в очередной раз заявив, что она «жертва насилия», а не вьючная лошадь.
Пленник тоже поел, хотя и скромно сидя за соседним столом. Сколько он ещё пробудет с нами, было непонятно. После того как мы найдём ключ, его судьба будет зависеть только от Алисы, а что происходит в её голове было загадкой, возможно, даже для неё самой.
В столовой мы ели в основном то, что с собой тащить не будем. Консервированное мясо и овощи были основным блюдом. Просто нести с собой стеклянные банки было и тяжело, и глупо. С собой нужно носить что-то более не убиваемое. Если банки, то жестяные. Или уж вообще что-нибудь сушёное и вяленое.
Мы, кстати, нашли здесь как раз то, что нам подходит. Вяленое мясо и рыбу в больших количествах. Ещё домашнюю сырокопчёную колбасу и хлеб. И несколько старых заводских банок тоже прихватили. Среди них две банки сгущёнки, на которые Алиса всё время поглядывала и непроизвольно облизывалась.
— Не знал, что ты такая сладкоежка, — сказал я.
— Да я вроде и не сладкоежка, — пожала она плечами, — но сгущёнку люблю, аж трясёт. Тем более что не ела её, наверное, с начала магопокалипсиса. Просто соскучилась.
— Мы и не претендуем, да Марта? — сказал я, а та кивнула, — но раз сгущёнка твоя, то и нести её тебе!
— Послушай, Алик! — серьёзно сказала Алиса, — давай начистоту! Я…
— Жертва насилия? Слышали, — усмехнулся я.
— Да, но дело не в этом, — покачала головой Алиса, не теряя серьёзности, — я ваша основная ударная сила! Не нужно навешивать на меня тюки с барахлом. Если у нас будут неприятности, то я приму первый удар на себя, хочу я этого или нет. Просто так будет, потому что я фурия!
