Уже увидев «свет в конце тоннеля», я шёл к нему и прикидывал, какое расстояние я преодолел от люка. Сделать это было не так-то просто, но по грубым прикидкам получалось, что, наверное, около двух километров. Может, больше, а может, и меньше.
Тоннель обрывался совершенно нетехнологическим образом. Он был просто обрублен. Дойдя до конца, я оказался на краю огромной воронки. Воронка эта была не абы где, а на самом берегу Москвы-реки. Воронка «съела» часть берега, образовав своего рода залив. Да, сюда сбросили что-то очень серьёзное.
Ручей, вырываясь на свободу, дальше бежал по склону, весело перекатываясь на камнях. Он уже промыл себе приличное русло и теперь являлся притоком Москвы-реки. Такая вот карьера!
Я стоял на краю дыры и смотрел вовсе не на ручей. Мне нужно было понять, что это за место и таит ли оно само в себе какую-то опасность. Было бы хорошо пробежаться по окрестностям, но я не мог этого сделать. Вход в убежище был открыт, и я не мог оставить путь к нему без присмотра. Если что, можно будет сюда вернуться позже, хотя дело уже постепенно начинает идти к вечеру. И осознание этого вселило в грудь тревогу.
Ещё раз окинув взглядом окрестности, я вздохнул и направился назад.
Как говорится, человек предполагает, а кто-то другой за него располагает. И речь идёт вовсе не о боге, а о ком-то с руками и ногами.
Дело в том, что когда я вернулся к люку, он был закрыт! Закрыт и заперт изнутри! Поднять крышку я не мог, она сидела как влитая.
Несколько раз смачно выругавшись, я спустился вниз. Некоторое время стоял, уперев руки в бока и глядя вверх, сверля крышку взглядом и пытаясь понять, что случилось. Грешным делом, начал думать, что это хранитель и есть главный предатель, и следы вовсе не женские, а детские. Но через некоторое время отмёл эту мысль. Этот мальчик на такое был неспособен. И в силу возраста, да и в силу того, что его убежище выбрало хранителем, а это не просто работа. Между ними существует какая-то особая связь, и делать что-то во вред этому месту, думаю, он физически неспособен. Да к тому же закрывание люка не имело смысла. Если бы он имел к этому отношение, то должен был понимать, что я, скорее всего, найду выход на улицу, и, найдя его, вернусь обратно к убежищу. А когда вернусь, то задам неприятные вопросы! Что он будет тогда делать? Если только… к тому времени вопросы задавать будет уже поздно!
Но в эту версию я не верил. Было ещё два варианта. Либо кто-то совершал обход нижнего яруса… а, как знать, вдруг я просто чего-то не знаю про распорядок убежища и организацию охраны? Так вот, кто-то совершал обход и, увидев открытый люк, запер его. Но тогда он должен доложить об этом хранителю, а тот прикажет люк открыть, чтобы я мог вернуться. Но сидеть и ждать этого, было бы глупо, потому что это всего лишь версия и на деле всё может быть совершенно иначе.
Ну и последний вариант, люк закрыл тот, кто этим тоннелем регулярно пользуется. Причина неясна, случайно ли он, или скорее она, обнаружила открытый люк, или нет, неважно. Возможно, нас выследили, и меня просто решили оставить снаружи. Возможно, это было сделано потому, что скоро здесь кто-то пойдёт через тоннель и чтобы я вступил с ним в схватку. Если это будет организованное нападение, то я вряд ли один смогу его остановить. Совершенно точно не смогу. Отсюда вывод, нужно как можно быстрее вернуться в убежище через верх, чтобы принять какие-нибудь меры, потому что здесь я очень ограничен в выборе средств.
Да, последняя версия тоже была теорией, но в неё я верил больше, чем в остальные. Решив, что именно нужно делать, я побежал! Вообще-то, если бегом, то можно вернуться в убежище очень быстро.
Говорят, что знакомая дорога кажется короче. Могу к этому добавить, что если бежишь по ней, она кажется вообще короткой. Я быстро оказался на выходе из тоннеля. Выбравшись на склон, я принялся искать место, где можно было бы подняться.
Когда я добрался до края и осторожно выглянул, то моим глазам открылась следующая картине: рядом был полуразрушенный, но пока ещё проходимый мост, ведущий, если я всё правильно понимал, к «Острову мечты». Это название парка аттракционов, как называется сам остров, я не знал. По моему берегу, за мостом вроде бы располагался Южный грузовой порт. А прямо передо мной находился жилой сектор. Близлежащие дома были разрушены, скорее всего, этим самым взрывом, который оставил воронку. Но сильно разрушена была только первая линия. Чем дальше, тем дома выглядели более целыми.
Хоть я и плохо знаю этот район, однако понял, где нахожусь, потому что ориентиры были больно уж примечательные. А вот с тем, как найти убежище, было сложнее. Я не понимал, куда мне нужно идти. Да, если я буду искать, то найду, но хотело сделать это как можно быстрее.
Прикинув, в каком направлении уходит от берега тоннель, по которому я пришёл, я выбрался из воронки и пошёл туда.
