Наше общение меня невероятно радовало, вот только мои собственные чувства и эмоции пугали. Я не могла понять, что со мной происходит. Я не контролировала собственное тело. Руки, ноги, все они жили своей собственной жизнью, кажется, поставив себе цель - постоянно находиться рядом с моим супругом, и с каждым днем это становилось все сложнее контролировать.
Если он работал в кабинете, я непременно могла пройти мимо заветной двери раз двадцать, обязательно находилась какая-нибудь глупая причина появиться рядом с этим местом.
Я старалась быть рядом, случайно прикоснуться, дотронуться...
Я словно коршун внимательно следила за каждым движением супруга, и клянусь Богами, были моменты, когда я и правда была готова умолять его меня поцеловать.
Но мысль о том, что наш брак временный не давала мне покоя. Ведь если я позволю своим мыслям и желаниям вырваться наружу, то в момент, когда все закончится от меня останется пустая оболочка, способная вести лишь жалкое существование.
Думала ли я о том, что наш брак может оказаться настоящим, на всю жизнь?
Конечно, и не раз. Можно ли полюбить такого мужчину, как Нурий? Можно, причем сделать это очень просто, ты даже не замечаешь, как медленно скатываешься в эту пропасть, а когда приходит осознание того, что произошло, становится слишком поздно.
Я старалась убедить себя, что все контролирую, но стоило, наконец, признаться хотя бы самой себе. Я давно начала это падение.
Я хотела мужчину, что звался моим мужем. Хотела быть рядом, иметь возможность дотронуться до него, коснуться его губ, разгладить морщину у него на лбу в моменты, когда он был чем-то недоволен...
Хотела иметь возможность просто почувствовать, что это такое быть ЖЕНОЙ.
Но что я могла предложить ему? Он оказался настолько благороден, что согласился помочь бедной лисае, заключив с ней временный брак, но что дальше?
Хромая, нищая девица, которую стыдно даже представить при дворе. Нет, Нурий никогда бы так не сказал, но я и так все прекрасно понимала.
Даже несмотря на то, что все, кто жил в этом доме давно перестали обращать внимание на мою походку, я, все равно проходя мимо зеркала, видела в нем лишь чудовище.
Сегодня утром я вскочила с кровати раньше обычного, а все потому, что вчера вечером Нурий пообещал отвезти меня в какое-то необыкновенное место.
Стоит ли говорить, что червячок под названием любопытство разрастался внутри меня всю ночь, не давая мне спокойно спать.
Я быстро привела себя в порядок, и вошла в гардеробную.
Нурий просил одеться тепло и удобно, из расчета, что мы поедем верхом.
Что ж я пообещала себе, что буду смелой, почему бы не начать прямо сейчас.
Достала теплые штаны, что сшила для меня Роса, шерстяную тунику до середины берда, с воротником стоечкой, рукава которой были отделаны кружевом и невысокие ботинки, которые потом я обязательно сменю на теплые сапоги с мехом.
Волосы собрала в хвост и окинула свое отражение в зеркале.
Сейчас я выглядела как-то иначе, вот только что конкретно во мне изменилось сказать не могла.
Я видела в своем отражении не смешную девчонку, а настоящую лисаю. И дело было не в одежде, а во мне, а если точнее в моих глазах, которые в очередной раз поменяв цвет стали цвета шоколада.
Спустившись к завтраку, увидела Нурия, сидевшего за столом. Неужели не только мне не спится этим утром.
Услышав шаги, мужчина обернулся. Я видела, что он хотел что-то сказать, наверное, поздороваться, но замер, так и оставшись сидеть с открытым ртом.
- Доброе утро, - я улыбнулась мужу, он же продолжал рассматривать каждый сантиметр моего тела.
Снизу вверх, сверху вниз.
Мне тут же стало жарко. Его взгляд оказался настолько вязким, что я мгновенно начала тонуть в нем, и как только не забывала делать вдохи и выдохи.
- Потрясающе выглядишь, - спустя какое-то время все же произнес Нурий, - тебе идет такая одежда...
- Это все Роса, - когда супруг бросил на меня непонимающий взгляд, я пояснила, - портниха Ее Величества Даянарии. Итак, - я быстро перевела тему, - куда мы отправимся? - на лице Нурия тут же появилась едва заметная улыбка.
Ни разу, клянусь, ни разу я не видела, чтобы он улыбался широко и открыто. Каждый раз это была полуулыбка, словно он боялся, что кто-то может увидеть, что он умеет радоваться. И мне ужасно хотелось изменить это. Сделать так, чтобы каждый день он был счастлив и не боялся говорить об этом людям.
- Нетерпеливая, подожди и ты все узнаешь, - и Нурий опустив голову вернулся к своему завтраку. Я же не могла проглотить ни кусочка, разве что, не подпрыгивая на своем стуле от нетерпения, - пока ты как следует не поешь, мы никуда не поедем..., - я поджала губы, а потом не сдержавшись фыркнула.
- Как скажешь, папочка, - со злостью взяла вилку и отправила в рот кусочек омлета с овощами и начала пережевывать, совершенно не чувствуя вкуса еды.
И в этот момент это произошло впервые.
Нурий откинул голову назад и рассмеялся. Громко, заливисто, так открыто и свободно, будто абсолютно ничего не сдерживало его.
