Все выглядело так, будто выхода из этой западни не было.
Нет, это не правда, выход есть даже из самой сложной ситуации, мама всегда так говорит, и я искренне в это верю.
Для начала нужно обшарить комнату, возможно я смогу найти хоть что-нибудь, что поможет мне защититься от этого чудовища.
Осторожно, сантиметр за сантиметром я исследовала комнату.
Туалетный столик, из которого я вытряхнула все ящики, но там не оказалось ничего кроме косметики новой, нетронутой. Кстати, тоже касалось и флаконов с духами. Ими никогда не пользовались. Зачем тогда все они здесь хранятся?
Затем перешла на шкаф. Прикасаться к чужой одежде было неприятно, но я сделала это.
Огромное количество платьев из шелка, бархата, парчи... Да они стоят целое состояние и все они в идеальном состоянии. Я не уверена, что их вообще когда-либо одевали.
А вот белье явно не было свежим...
У меня сложилось ощущение, что жена Дориана никогда не выходила из этой комнаты и использовала лишь ту одежду, в которой ходила в этих четырех стенах.
К столику для завтраков я боялась подходить, от резких запахов меня мутило, а вывернуть наизнанку все, что я успела съесть за сегодняшнее утро мне совершенно не хотелось.
Оставалась кровать.
Начала с подушек, ощупала их настолько тщательно, что, мне казалось, я могла назвать точное количество перьев, которыми она была набита.
Одеяло, простыни, наволочки, плед, второе одеяло... зачем одной маленькой женщине два одеяла? Только если лисай Дориан проводил здесь ночи с женой... Я невольно вздрогнула и опустила глаза.
И в этот момент мой взгляд зацепился за что-то. Шов на матрасе.
Ровный, аккуратный, вот только сделан он был в странном месте.
Теперь мне стало плевать и на запахи, и на плесень, и на все остальное.
Я подошла к столу и схватила грязный тупой нож для масла, которым начала отковыривать нитки шва.
Мне кажется, я потратила на это занятие добрых пару часов. Почему-то здесь у меня напрочь отсутствовало чувство времени.
Два часа или две минуты, они стали для меня равны.
В конце концов мне удалось распороть шов наполовину, остальную часть я просто разорвала.
Запустила руку в дыру и начала шарить в ней, а наткнувшись на какой-то блокнот, тут же достала его наружу.
С виду обычная тетрадь, но исписана она была аккуратным женским подчерком.
Дневник, это дневник одной из жен Дориана. Так возможно в ее тайнике есть еще что-нибудь?
Я снова просунула руку в дыру и начала лихорадочно шарить внутри матраса.
- Пожалуйста, пожалуйста..., - шептала я, не останавливаясь и была вознаграждена.
Маленький раскладной нож. Острый и хорошо заточенный. Я специально это проверила. Возможно, таким невозможно было убить человека, но ранить с легкостью.
Окинула взглядом разруху, которую я устроила. Плевать, я здесь не в гостях, поэтому осторожно подтянула стул в угол, так, чтобы меня было не очень хорошо видно тому, кто войдет в комнату и открыла первые страницы.
Глава 22
"Дорогой дневник, я не знаю, кому еще могу рассказать о своей беде. Родители меня не слышат, подруги говорят, что я сумасшедшая, а это не так.
Я уверена, что мой жених - монстр. Я чувствую это, как и всех остальных людей.
Мама называет это интуицией и говорит не рассказывать об этом никому, но я-то знаю, что это магия. Моя личная магия.
Когда я коснулась Дориана впервые, я сразу же почувствовала его истинную сущность. С трудом сдержалась, чтобы не вырвать руку из его хватки, а на следующий день умоляла отца разорвать помолвку.
Но папа слишком любит деньги и карты, я не значусь в этом списке привязанностей.
Подруги заверяют, что мне повезло, их подкупают подарки, что мне дарит Дориан. Духи, платья, конфеты - все это очень дорогие вещи, из-за которых девушки мечтают оказаться на моем месте."
На этом первая запись обрывалась. Здесь не было указано дат, но я и так понимала, что эта запись была сделана чуть больше трех лет назад. Кажется, последний брак Дориана продлился около года, самый короткий из всех.
Я перевернула страницу. На ней были разводы, будто тот, кто делал запись плакал над ней, а со временем слезы высохли, оставляя после себя едва заметные следы.
"Дорогой дневник, вчера состоялась моя свадьба. Я так боялась этого, и оказалось совершено не зря. Церемония в храме превратилась для меня кошмар.
Дориан заявился к нам домой раньше назначенного времени и заявил, что желает поговорить со мной наедине.
Папа согласился. Он готов был позволить этому мужчине все, что угодно, лишь бы на его счет продолжали поступать деньги, а мама была слишком обеспокоена моральным обликом нашей семьи, чтобы отчетливо понимать, что вокруг нее творилось.
Папа сказал, что мы можем занять его кабинет.
Ох, папочка, что же ты наделал...
Лисай Дориан - настоящее животное! Он... он..."
В этом месте буквы оказались размыты настолько сильно, что следующие две строчки я просто не могла разобрать, но и так примерно представляла, что случилось с девушкой.
Я прекрасно помнила вечер помолвки, когда Дориан начал ко мне приставать.
"... я плохо помнила церемонию, но, когда услышала, что нас назвали мужем и женой, не выдержала и зарыдала.
