После войны, в 1945-50 годах, Марина и ее сестра жили в Западной Германии. Сестра Марины вышла замуж за американца, что считалось тогда большим счастьем, родила ребенка – и вскоре сошла с ума. Муж с ней, конечно, развелся. А сестра сидит пожизненно в сумасшедшем доме недалеко от Нью-Йорка. Ее сына, своего племянника, взяла на воспитание Марина. Говорят, что он какой-то "странный", но работает у Марины в ее школе иностранных языков.
А Марина, буквально святой человек, каждую субботу варит для своей сестры всякие сладкие кашки и вкусные вещи. Каждое воскресенье Марина едет в сумасшедший дом и кормит свою больную сестру с ложечки.
И не говорите мне, что в наше подлое время, а тем более в Америке, святых людей нет. Таким, как Марина, нужно руки целовать.
Но нужно учитывать, что честность бывает разных сортов. Поэтому приведу вам честных людей другого сорта.
Это мои давнишние знакомые Игорь и Зина Собины. Как и большинство моих знакомых, они из второй волны эмиграции. Игорь работает инженером, Зина служит в какой-то конторе. У них двухэтажный домик и 17-летний сын Вадим. Меня немножко удивило, когда Зина честно говорит, что их Вадим спит на втором этаже в постели со своим приятелем:
– Это лучше у нас дома, чем они будут заниматься своими делами где-то в кустах.
– И жидовская кровь тоже есть – от царя Давида, – соглашается Игорь.
Не только сама Зина, но и ее подруга Люба Лягина, которая живет рядом, честно говорят, что их сын Вадим гомосексуалист. Как-то, изрядно выпив, Люба Лягина сообщает, что, когда Вадим был подростком, Зина купалась вместе с ним под душем и предлагала: "Вадим, поиграйся-ка с моими игрушками…" Похоже на матерный комплекс, от чего происходит матерщина "е… твою мать".
Но и у Любы Лягиной в семье тоже проблемы. Ее муж работает в библиотеке Радио "Свобода", которое построено в соответствии с Гарвардским проектом и комплексом педерастии товарища Ленина. И на работу там берут тоже не всякого человека с улицы, а только "ленинцев". И эта гарвардская чертовщина отразилась на Любиной дочке по имени Багира. Муж Багиры куда-то загадочно исчез: не то повесился, не то застрелился, не то просто сбежал. Так или иначе, но на старости лет Люба осталась с дочкой-одиночкой и маленькой внучкой. В результате Люба спилась и стала алкоголичкой. Как говорят специалисты, это 69 способов быть несчастным. А виноват в этом товарищ Ленин.
Кстати, имя Багира вам что-нибудь напоминает? Когда я был школьником, я читал "Книгу джунглей" Киплинга, про мальчика Маугли и его подругу черную пантеру по имени Багира. А теперь некоторые чудаки так называют своих детей.
Игорь Собин рассказывает, что его сын Вадим, чтобы избежать призыва в армию, много пил, стал алкоголиком и был забракован. Потом Вадим учился в Новой школе социальных исследований на 14-й улице, где преподают левые евреи, сбежавшие от Гитлера. В результате Вадим увлекся марксизмом и евреями, точнее – еврейками. Его первая жена-еврейка, как сообщает Игорь, не то делала 3 аборта, не то у нее было 3 выкидыша. Затем Вадим, по словам папы, путался с еще двумя еврейками, после чего он два раза сидел в психиатрической больнице. Но, видимо, короткое время.
Тогда, в 60-х годах, я в третий раз переписывал мой роман "Имя мое легион" на тему дегенерации и аккуратно записывал в мою картотеку все то, что честно рассказывал Игорь. Так, Игорь говорит, что советская власть уничтожила 18 членов его семьи, в том числе четырех его старших братьев. Здесь Зина добавляет, что от одного из них остался сын, который вырос, женился, и у него родился сын – совершенный кретин, полный идиот! – торжественно заключает Зина.
Затем Зина рассказывает, что когда в ее семье разбирали архив, то наткнулись на целую кучу крупных масонских орденов. Большинство ее семьи осталось в Польше, а в СССР были только мать и дядя. Дядю расстреляли во время Великой Чистки 1935-38 годов, а мать повесилась перед открытым "Курсом истории ВКП/б/", как говорит сама Зина. И вместе с тем, оба они – и Игорь, и Зина – полностью за советскую власть.
Я был в гостях у Собиных зимой 1975 года. Зина показывает мне фото своей племянницы, которые она получила из Советского Союза, и восторженным тоном поясняет: "Красавица с зелеными глазами!". Потом добавляет: "Но у этой красавицы родился сын – монголоидный идиот!" Разве это не честные люди?
Но я вижу, что моей жене Кисе такая честность не нравится. Киса считает, что о таких вещах нужно молчать. Поэтому о своих сестрах она молчит, как будто их не существует.
