(«Знал бы господин Булавин, чем я занималась…Наверняка бы то смутило его намного больше, чем наличие в комнате мышей…И где я оставила рюкзак? Надеюсь, в этом посёлке не вымерли честные люди, которые вернут мне личную вещь»).

<p>Глава 4.</p>

Непутевые заметки Николь Вернер

«20 мая 2017 г., утро.

Едва занимался рассвет, как непонятные женские крики нарушили мой чуткий сон. Стук в барабан звучал, как призыв на войну мирового масштаба. Я так испугалась, что тотчас подскочила к окну. Они доносились издалека, но каждый удар по барабану отражался атомным взрывом в моей голове. Муча стояла на холме за домом; на её шее висел огромный барабан. Она перестала стучать и развела руки в стороны. Её несчастный взгляд устремился в небо. Она проворно шевелила губами, и тот неразборчивый лепет, словно проклятие, доносился до моих ушей. Рядом с ногами находился сложенный колодец из веток, который разгорался силой порыва теплого ветра. Очень походило на языческий обряд. Ума не приложу, какой в этом смысл? Может, она призывает на помощь всевозможных вурдалаков или представителей иных тёмных сил? Не знаю, но выглядит ужасающе!

Мигрень прогрессирует. Благо, спасают болеутоляющие средства. После командировки планирую взять отпуск и наконец заняться здоровьем.»

Сидя на кровати, Николь закончила запись в личном дневнике, который старалась вести ежедневно. Она неосознанно улыбнулась, вспоминая заброшенную комнату, безумный взгляд властного парня и надменную улыбку. Всё то, что вчера дико смущало белокурую девушку, сегодня казалось ей таким очаровательным! Их несуразные действия перечеркнули все правила благопристойного поведения в обществе. Но чем больше она о том думала, тем сильнее хотелось повторить непристойные минуты блаженного удовольствия.

– Я родилась в счастливой рубашке! – усмехнулась она. – Меня ведь могли закрыть в том помещении, а затем обвинить в преступлении и утром предать суду…

В комнату вошёл Булавин и бойко поздоровался. На его бархатистой коже гладкого выбритого лица рдел здоровый румянец.

– Мне кажется, я сегодня вообще не спал.

Николь покосилась на Кира.

(«Да уж, никогда б не подумала, что неспящие люди умеют так сильно храпеть.»)

Но вместо правдивой иронии вслух любезно спросила.

– Ты уже завтракал?

– Я попил кофе. Старушка варит его лучше моей мамы.

Николь убрала дневник в чемодан и достала пудреницу.

– Ну вот, а ты жалуешься на неблагосклонное отношение к тебе вездесущей планиды! – рассмеялась Николь своим звонким заразительным смехом, который не знал себе равных. – В любой ситуации нужно видеть и обратную сторону монеты.

– Только не на сей раз, потому что эта монета имеет только одну сторону, причём довольно мрачную.

Кир отошёл к окну.

– Не слышал, как ты вчера вернулась…– он посмотрел на Николь подозревающим взглядом опытного следопыта. – И как прошёл вечер?

(«От неудобной позы на столе ломит в шее! Я даже не знаю его имени, зато точно знаю, как бесподобен он в постели. Ха-ха! Что и говорить: на этот раз, Николь, ты переплюнула даже саму себя!»)

– Ты абсолютно ничего не потерял. – она замолчала, а затем прибавила спустя минуту. – Думаю, пойти поискать что-нибудь вкусненькое.

– А я собираюсь в гараж, хочу уточнить, как обстоят дела с машиной.

Николь припудрила прямой курносый нос и улыбнулась себе в зеркало милой слегка театральной улыбкой.

(«По-моему, блеск в глазах выдает меня с потрохами. Ах, как переменчив нынче ветер! Вчера – волнительные сомнения, сегодня – лёгкая влюблённость. Но Киру об этом знать совсем необязательно.»)

Николь в мгновенье ока убрала с румяного лица зрелищную улыбку. Кир не спускал с нее глаз, то и дело подвигая очки ближе к переносице. Он никак не мог взять в толк, почему Николь имеет невозмутимо загадочный вид. Вряд ли, полагал он, за одну ночь могло свершится нечто невероятное, что так сильно встряхнуло девушку.

Она взбрызнулась духами, убирая флакон в чемодан, и молча вышла из комнаты. Недоумевая, Булавин пожал плечами и вышел следом.

Перейти на страницу:

Похожие книги