Уже полегли многие рыцари, бившиеся в первых рядах. Многие воители, не привыкшие воевать в тесноте и хаосе, вертели головами, ища спасения. Длинные мечи и секиры становились бесполезными в этой каше, вскидывая оружие, рыцари всё чаще задевали собратьев. Щиты и шлемы сотрясались от ударов.
– Зов единства! Труби зов единства! – закричала королева, но её горнист валялся с разбитой головой, прижимая королевский горн к груди.
Прикрываясь щитом, королева уже хотела сама добраться до горна, как тут над схваткой раздался могучий голос Главка:
– Рассредоточиться! Каждый орден сам за себя! Рассредоточьтесь и бейтесь! Бейтесь так, как умеете!
Голос главного рыцаря пронёсся, как свежий ветер, вдохнув силы в дрогнувшие сердца. Рыцари Серебряного Щита первыми передвинулись к заваленным даймонским шатрам, перестроившись в правильный полумесяц. Видя в них главную угрозу, даймоны повалили следом, но натиск их ослаб. Вожаки нелюдей, идеально владеющие тактикой неукротимой давки, не вполне понимали, как поступать с разрозненными, но вполне боеспособными отрядами.
Начался самый сложный манёвр, тактику которого Главк обсуждал с каждым главой ордена особо.
– В «копьё»! «Ежом»! «Щит братства»! «Шестиугольник»! – разносились отовсюду команды орденских предводителей, понятные лишь их собратьям.
Рыцарь на то и рыцарь, что умеет биться как плечом к плечу с соратниками, так и в полном одиночестве. У каждого ордена была своя особая тактика, свои секреты боя. Обрушившиеся лавиной даймоны, готовые сломить любую рать, оказались не готовы к битве с отдельными группами рыцарей. Рыцари королевы по своему обычаю разделились на отдельные круги и защищались, как стадо вепрей от волчьей стаи.
Ощетинившийся копьями «ёж» Ордена белых странников, «огненный пятилистник» Ордена святого огня, рубящий секирами во все стороны, «движущийся бугор» Ордена мужества, идущий, как скала сквозь толпы даймонов, рыцари-одиночки, встречающие противников, стоя на валунах, повозках и грудах камней – многообразие тактик и стилей боя привело в замешательство пехоту Легиона Смерти.
Вознеслось радостное ликование, когда тёмная навала содрогнулась и, оставляя толпы сражённых тел, потекла назад. Кто-то из орденских рыцарей поспешил крикнуть «Победа!».
«Что, Хадамарт, непросто сломить людей высокого духа? Ты привык побеждать там, где царит дух стадности. Привык разделять тех, кто пребывает в разумном единстве. Но сейчас перед тобой не толпы, а сообщества мыслящих людей, верных своему пути. Мы разделены мировоззрением, но сердца наши едины…»
Мысли королевы прервались. Повеяло холодом ледяной пустыни. Из красной дымки, в которой мелькали спины отступающей даймонской пехоты, появились чёрные одеяния изолитов. Магия одиночества, заражающая души непостижимым страхом, хлынула волна за волной.
– Жрецы! Жрецы крови идут! – закричал Аргомах, разглядев за спинами изолитов фигуры в кроваво-красных мантиях.
Над рыцарским корпусом вспыхнуло и закружилось огромное кровавое кольцо, как чья-то жадная утроба, жаждущая наброситься на всех, всех поглотить.
Воины осели под действием сильнейшего заклятия, разум помрачился от надвигающейся неодолимости. Бессмысленность. Нелепый бой. Тщетные усилия. Напрасные жертвы. Всё равно навалу не остановить, всё равно никто не отменит приговор старому миру…
Королева хотела выкрикнуть какой-нибудь ободряющий клич, однако взор её против воли поднялся к кровавому кольцу, и голова её закружилась. Сверху дыхнуло удушливым кровавым паром – как гнев бессмертного божества, грозящего вечными муками нечестивцам, дерзнувшим выступить против его могущества.
– Небеса открыты! – раздался слабый женский голос, который услыхали только те, что были рядом.
Мойрана стояла на ногах. Её бледное, почерневшее от крови и пыли лицо сияло. Пылали просветлённые глаза, глядящие вверх, будто видели нечто такое, чего не видел никто другой.
– Небеса открыты! – подхватила слова Зрящей королева, мгновенно ощутив, как в крови взыграла новая отвага. – Не страшитесь и не ужасайтесь, ибо магия крови сильна только за счёт боли утрат! А то, что осталось у каждого из нас – отнять невозможно!
Под клич королевы первые рыцарские ордена схватились с наступающими изолитами. Засвистело ледяное дыхание, замелькали кривые клинки, брызнула кровь.
Навстречу чёрной лавине ринулся Главк с двумя десятками своих рыцарей, сбивая щитами врагов. Длинный двуручный меч главы Серебряного Щита крушил и разрубал изолитов, не страшась ни ледяного дыхания, ни разящих клинков.
– Вали их, круши! Не мешкай! Опережай их удар, руби первым!
Вслед за изолитами Хадамарт бросил и другие элитные части Легиона Смерти: закованные в красную чешую аласторы, исторги и ренгарки. Ободрившиеся было рыцари, вновь содрогнулись от страшного нашествия.
В щит королевы вонзились сразу два огненно-красных лезвия аласторов. Сильвира зажмурилась от яростного взгляда ромбовидных глаз, отшвырнула щит и в броске разрубила голову одного врага. Второго поразил мгновенно бросившийся к владычице Ларес.
– Владычица, назад!
