Грязные, вонючие полуголые люди, одетые лишь в набедренные повязки и вооружённые палками и деревянными ножами, почти одновременно вырвались из боковых отверстий прохода и с душераздирающими воплями набросились на процессию братьев. В считанные секунды они заполонили всё свободное пространство, облепив, словно мошки гнилой плод, своих ошарашенных противников. Обильно полилась кровь, и те мужчины в полурясах, кто не успел быстро выхватить оружие, сразу же погибли или были изувечены, а некоторых из них буквально разорвали на куски истошно визжавшие женщины, которых оказалось немало среди нападавших... Главный Брат выхватил нож и легко зарезал первых двоих дикарей, накинувшихся на него с короткими палками. После этого он оглянулся в поисках Василия — ему нужно было срочно забрать у того боевой молот, — но помощник, похоже, потерял его во всеобщей суматохе или намеренно избавился от перевязи с тяжёлым оружием своего ментора, чтобы оно не мешало ему в бою, и сейчас, усердно орудуя копьём, едва успевал отбиваться от врагов, наседавших со всех сторон. Тедеклий смачно выругался, поскольку не привык биться одним только ножом. Хорошо ещё, что во время похода он практически не снимал с себя защитный кафтан! Следовало срочно вооружиться каким-нибудь клинком подлиннее, к примеру, подобрать с пола меч одного из павших товарищей, но проклятые лиходеи не предоставили ему подобного шанса. Их было слишком много...
В принципе, сражаться они не умели — это Глава Братства понял довольно быстро, однако с лихвой компенсировали данный недостаток своим числом и упорством, больше напоминавшим буйное помешательство. Умом нападавшие, видимо, тоже особо не отличались: они накинулись на братьев всем скопом в узком туннельном отрезке, лишив возможности для активных действий не только отчаянно оборонявшихся мужчин, но и самих себя. Все дрались друг с другом в крайне стеснённых условиях, и зачастую противникам не хватало свободного места для размаха, чтобы нанести сильный удар дубиной или мечом. Как раз короткий нож Тедеклия являлся самым идеальным подручным средством для такого вида вооружённой борьбы, а не молот, утерянный Василием, но в эти минуты у него не было времени для подробного анализа преимуществ или недостатков того или иного вида оружия. Наместник Того, Кто Не Отвлекается На Пустяки был занят важным, кровавым, делом, и оно настолько захватило его мысли, что чуть было не вынудило позабыть о самом главном — о бесценной жизни Предсказателя.
Он одним резким движением перерезал горло беззубому, пожилому врагу с морщинистым серым лицом и ловко всадил нож под ребро следующему претенденту на скорую смерть, чья неестественно крупная голова запрокинулась назад с кривой физиономией, искажённой гримасой боли, и напомнила ему вдруг своими гротескными очертаниями эзотерика. Воспоминание о нём яркой вспышкой пронзило мозг Главного Брата, заставив в ужасе замереть на месте. Где Предсказатель? Как мог он упустить его из виду?! От приступа панического страха сердце бешено заколотилось у него в груди, и Тедеклий начал лихорадочно искать взглядом Шасгата. К счастью, он оказался не единственным, кто опасался за судьбу эзотерика: средние братья Хасан и Райнер ожесточённо отбивались от нескольких дикарей, прикрывая своими спинами Предсказателя, скорчившегося на полу и обхватившего голову руками. Глава общины издал радостный клич и устремился к ним. Какой-то толстый крепыш преградил дорогу и неуклюже ткнул в него узкой заточенной деревяшкой, выполнявшей функцию боевого ножа. Разъярённый вождь Братства Божественной Истины перехватил его руку, плотно сжав запястье, и вогнал ему в солнечное сплетение свой острый металлический нож по самую рукоять, а затем провернул лезвие в ране. Кровь заструилась по круглому животу толстяка, а его безжалостный соперник презрительно усмехнулся и уже хотел было вытащить оружие из жирной туши наглеца, как вдруг тяжёлый удар сотряс его лысый череп. Ноги у него подкосились, и он выпустил нож из руки, но благодаря своему недюжинному здоровью всё-таки сумел устоять и сохранить равновесие. Смертельно раненный пузатый здоровяк свалился рядом с ним на пол, а Главный Брат развернулся в сторону нового противника и, пытаясь защититься, выставил немного согнутую в локте руку вперёд. Второй удар не заставил себя долго ждать и пришёлся как раз по ней. Дубинка проскользнула по внешней стороне предплечья, что, безусловно, спасло кость от перелома. Эта дерзкая атака и гудящая боль в голове ещё больше разъярили наместника Того, Кто Неудержим В Гневе, и он бросился с голыми кулаками на подлеца, осмелившегося таким вероломным образом напасть на него.
