Ну что ж… ваше высочество…
Вот вам моё пророчество.
А он тебя не будет, как меня…
И ни одну другую так не будет…
Капканы твои, сети, игры… зря.
Да хоть весь мир меня теперь осудит.
Нет дела мне до колкости речей,
Притворства и галдёж не разделяю…
Почти до сорока он был ничей,
С одной, с другой… да я вас умоляю…
Не сможет по ночам спокойно спать.
Несчастная, тебе дано увидеть,
Как он, ложась в постылую кровать,
Себя с тобою будет ненавидеть.
Напрасно, глупо жизнь свою губя,
Себя за трусость будет проклинать.
Он никого не будет, как меня.
Нельзя любовь на «должен» променять.
Стебать в стихах её мне надоело.
Она давно забавный персонаж.
Стебу порой, естественно, за дело…
Такой вот поворот, такой пассаж.
Шутейки я невольно отпускала,
Но злость её понятна мне… Как быть?..
Она во мне всё минусы искала,
Но не гнушалась под меня косить.
Она уж и стихи писать пыталась,
Ну, что поделать… я – её кумир.
Смотрела я и молча удивлялась....
А дальше что? Потом попрётся в тир?..
Ущербная позиция. Явленье,
Конечно, не ново, как этот мир.
И вот ещё одно стихотворенье....
Ну, что поделать, я – её кумир.
Как грустно и прискорбно, только всё же
Скажу в уме ей мысленно «пока».
Она немного на меня похожа,
Но хочет «много» из-за мужика.
Найдёт ещё, свет клином не сошёлся.
Мужчинам с нами свойственно играть…
Со многими он плохо обошёлся…
Ему нужна от нас только кровать.
А я? Меня там не было в помине.
Поэтому сижу в его уме?..
А может, он на ней шептал «Марина…»
А эта перспектива… так себе.
Поздравляю с годовщиной
Бегства и убогой лжи.
Нож мне в спину, снова в спину.
Да, привычные ножи.
Вот опять. Не ожидала.
Может, мне идут ножи?
Может, их мне слишком мало?
Не стесняйся, вслух скажи.
На берегах Невы
Не встретимся, увы…
Скелетов целый склеп в столице наберётся…
А в Питере темно, почти не светит солнце…
Бегство не от себя,
От странного тебя…
Безумная Москва как жертвенный котёл.
Там чаще «жив» лишь тот, кто ловок и хитёр.
Там чувства? Стыд и смрад.
В восторге не склонюсь…
В сомнительный уклад
Навряд ли я влюблюсь.
На берегах Невы
Не встретимся, увы.
Об усталости я спою…
Пусть она наполняет душу…
Нет, не слушай меня, не слушай…
Эту странную песнь мою....
Через строчки о том, что день
Пролетел, и застыла вечность
В этой новой ночи беспечной,
Разрывающей бюллетень.
В сообщении есть фитиль.
Тихий ужас и дикий хаос…
Что в ночи мне от дня осталось…
Ночь и звёздной палитры штиль.
Перед бурей завеса тайн…
Тишина и в моих покоях.
В моей комнате нас лишь двое…
Это change на дневной офлайн.
Ждут представления старые зрители,
Сплетни летели мне издалека.
Ты расскажи, что был секс о*уительный,
Не оскудела дающих рука.
Ты расскажи, что как дети дрожали,
Что через край было счастье в ночи.
В офисе нам с тобой свечку держали
И не уймутся никак, хоть кричи.
Ты расскажи, что себе соответствую,
Что темперамент в постели горяч.
Что извращенья любые приветствую,
Что ненасытная дама, хоть плачь.
Ты расскажи, как царапаю спину.
Что наплести… я ещё подскажу!
Ты расскажи, что в порыве едином
Я вообще с головой не дружу.
И не забудь про стальные оковы,
Латекс и плеть… секс в районе Кремля.
Видимо, личная жизнь так *уева,
Что им пришлось рассуждать про меня.
Он дать не может ничего,
Точнее, даже и не хочет.
В словах – обман, в делах – дерьмо.
Так, только голову морочит…
Но, боже мой… какой урод,
Какая страсть, какая сила…
С садизмом он наотмашь бьёт…
Махровый барин и му*ила.
Я удивляюсь. Не могу
На эти зверства наглядеться.
Я телефон не стерегу,
Сумела вроде отвертеться.
Срывая зло, наверняка
Своим триумфом наслаждался…
Всё начиналось с пустяка…
Играл, шутил и издевался.
Он возомнил себя творцом.
Мальчишка-женоненавистник,
Что прячет он за «подлецом»?
На боль свою повесил листик.
Не ругайте слабого мужчину.
Он и так, бедняга, настрадался.
Он мечтал: «Сейчас приду, задвину»,
Но в итоге снова обломался.
Придержите, девочки, харизму.
Не боец он, и не в поле воин.
Не пойдёт он биться за Отчизну,
Он к подобным подвигам спокоен.
Не ругайте. Не дано природой
Смелости, ума и благородства.
На руку ему следить за модой,
Ею и оправдывать уродство.
Развести огонь он не умеет,
От врагов спасти потомство тоже.
Он от страха быстро цепенеет,
И на доблесть это не похоже.
Вдохновить его вам не по силам –
Хуже он капризного ребёнка.
И его сомнительным мерилом
Есть и будут член и бородёнка.
Вы, наверно, как инь, разыскали янь.
Да, загадочней нету натуры…
Подбираете с пола любую дрянь,
Что ж… ваш уровень – шкуры и дуры.
Мне бы память убить про отдельных людей.
Сколько лет я всё жду доброты от ****ей?
Мне бы память стереть на отдельное зло,
Только с памятью мне постоянно везло.
Мне бы память в узду, файлы прочь постирать,
Чтоб не видеть, не слышать, не помнить, не знать.
Помнить зло для чего? Как считаете, бро?
Чтоб могли на контрасте мы видеть добро.
Трусов ажурных целый ворох,
Мечты и планы по звезде.
