— Возможно. Хотя я подозреваю, что он очень от него отличается.
Пока Эцио стоял в стороне, прислушиваясь к беседе, подошли еще двое янычаров. Один из них явно был весельчаком.
— Почему принц Ахмет остался в городе? — сухо спросил он. — Он же знает, что его не любят.
— Он, словно мотылек, летит к пламени. Мечтает, что отец погибнет, и он сможет занять трон.
— А вы слышали, — продолжил шутник, — что он предложил Тарику деньги в обмен на нашу верность?
— Чтоб его… И что сделал Тарик?
Янычар рассмеялся.
— На половину денег купил корм для коней, а вторую половину отослал Селиму!
В середине гарнизона, обнесенного высоким забором, было разбито несколько богато украшенных палаток. Эцио пошел к ним, догадываясь, что именно там обитает Тарик. Подойдя ближе, он действительно услышал знакомый голос. Тарик, стоя в компании еще одного янычара (очевидно, адъютанта), говорил с прибывшим курьером.
— Тарик-бей, — сказал курьер. — Вам письмо.
Тарик молча принял письмо, сломал печать и прочитал текст. А потом, даже не дочитав до конца, довольно рассмеялся.
— Прекрасно, — кивнул он, складывая письмо и пряча в карман. — Ружья уже в Каппадокии, в гарнизоне армии Мануила Палеолога.
— А наши люди все еще там? — спросил адъютант.
—
Адъютант улыбнулся.
— Все идет по плану,
— Да, Чагатай, — согласился Тарик. — Пока да.
Он отослал людей прочь и пошел вдоль палаток. Держась на безопасном расстоянии, Эцио тенью следовал за ним. Но совсем незамеченным он оставаться не мог, поэтому ассассин был рад, что со времени прибытия в Константинополь немного подучил турецкий. Поэтому когда стража или солдаты обращали на него внимание, Эцио приветствовал их на турецком. Но не все шло так гладко. Пару раз Эцио терял след Тарика и заметил подозрительные взгляды, направленные в свою сторону. А потом путь ему преградили два янычара.
— Из какого вы полка,
Но прежде чем Эцио ответил, второй сказал:
— Не уверен, что знаю вас. И я не вижу имперских знаков отличия. Вы из кавалерии?
— Как вы сюда попали? — недружелюбно поинтересовался первый.
— Где ваш капитан?
Эцио не настолько хорошо знал турецкий, к тому же заметил, что они что-то подозревают. Он выхватил крюк-нож, схватил за грудки ближайшего янычара и швырнул его во второго, а сам бросился между палатками, перепрыгивая через натянутые веревки. Даже убегая, Эцио старался не выпускать из вида Тарика.
Сзади донеслись крики:
— Самозванец!
— Нарушитель! Ты умрешь!
— Остановите его!
— Этот ублюдок убил Назара! Схватите его!
Но лагерь был слишком большим, и Эцио воспользовался тем, что благодаря своей униформе и усам он не отличим от остальных янычаров. Запутав следы, он снова отыскал Тарика в одной из казарм, где размещались комнаты старших офицеров.
Эцио увидел, как Тарик входит в одну из комнат. Ассассин огляделся, убеждаясь, что вокруг никого нет, и что он оторвался от преследователей, а потом вошел следом за Тариком. Оказавшись внутри, он закрыл дверь на щеколду.
Эцио уже выяснил все, что ему было нужно. Он знал, что Тарик собирается встретиться с Мануилом на Бурсе, и что партия оружия была доставлена в гарнизон Мануила на Каппадокии. Поэтому когда Тарик, не медля, обнажил меч и бросился на Эцио, тот не стал задавать лишних вопросов. Когда Тарик ударил мечом, Эцио шагнул в сторону, а потом вонзил скрытый клинок в правый бок капитана янычаров. Лезвие прошло в почки, Эцио провернул клинок и лишь потом вытащил.
Тарик рухнул на стол, карты и схемы, лежавшие там, разлетелись в стороны, залитые кровью. Капитан хватал ртом воздух, а потом тяжело, из последних сил опершись на локоть, повернулся и посмотрел на противника.
— Твоей подлости пришел конец, солдат, — неприязненно сказал Эцио.
Но побежденный Тарик смотрел почти насмешливо, и Эцио охватили сомнения.
— Какая печальная ирония, — выдохнул капитан. — Это и есть «расследование» Сулеймана?
— Ты вступил в сговор с врагами султана, — уже не столь уверенно заметил Эцио. — Что еще ты ожидал за свое предательство?
Тарик горько улыбнулся.
— Я виноват. — Он замолчал, тяжело дыша, кровь лилась из раны на стол. — Но не в предательстве, а в высокомерии. — Он посмотрел на Эцио, который приблизился, чтобы услышать голос капитана, который стих до шепота. — Я готовил засаду. Собирался напасть на византийских тамплиеров, когда они бы уверились в своей безопасности.
— У тебя есть доказательства?
Скривившись от боли, Тарик вытащил из-за пояса карту.
— Возьми, — сказал он. — Она приведет тебя к византийцам на Каппадокии, — продолжил Тарик. — Уничтожь их, если сможешь.
— Я ошибся, Тарик, — прошептал Эцио. — Прости меня.
— Здесь нет твоей вины, — выдавил из последних сил Тарик. Он заставил себя говорить, зная, что это его последние слова. — Защити мою родину.