— Да, понимаю. С моей стороны это непростительная ошибка, но тогда я думал... Искренне сожалею, и поверьте... — сбивчиво оправдывался Роберт.
«Слава богу, что хотя бы теперь раскаивается. Обычно он не склонен признавать ошибки, никогда не сомневается в своей правоте».
— Проблема в том, что ты не пожелал воспринять всерьез то, что я говорила о состоянии Сисси. Неужели думал, что знаешь ее лучше, чем я?
— Теперь я осознал свою ошибку. Я просто подумал, вы слишком опекаете ее. Вы и мои сестры уделяете ей слишком много внимания. Мне казалось, вы чересчур драматизируете ее состояние.
Смутившись, Роберт умолк.
— То есть ты считаешь, мы зря уделяем ей столько внимания? — Лидия понимала, не стоит сердиться на Роберта. Он искренне любит сестру и никогда бы ее не обидел. По крайней мере, намеренно. Он искренне сожалеет о своем поведении. Просто у него есть одна ужасная черта, всегда все решать за других.
— Ты многого не знаешь о ней. Тебя не было в Вестдене, когда мы с ней переехали сюда. Ты тогда очень обиделся на отца за то, что он женился на мне. К тому времени, как ты простил его и приехал, Сисси благодаря нашей неустанной заботе стало гораздо лучше. — Лидия почти перестала сердиться на него, однако было неприятно, что он держит ее за руки. Высвободившись, она подошла к окну, облокотилась на широкий подоконник. — Да, ты впервые стал свидетелем ее приступа, хотя Мэриголд и Роуз неоднократно рассказывали тебе о них. Почему ты им не поверил? — Роберт покраснел. — Ты так похож на отца, — вздохнула Лидия. — Всегда все решаешь за других, никогда не спрашиваешь, согласны ли мы выполнять твои указания. Уверен, что знаешь все лучше всех. — Судя по всему, слова Лидии задели его за живое. — Но, как и полковник, действуешь из самых лучших побуждений, это тебя оправдывает.
— Я... — Роберт взглянул на аккуратно сложенные на столе бумаги и в задумчивости отодвинул их. — Но мы отвлеклись. Мы говорили о Сисси. Почему она так тяжело переносит расставание с вами?
— Ах да. Я же тебе не все еще рассказала. Когда она переехала сюда, ее мучили жуткие кошмары. Она кричала каждую ночь. А днем ни на минуту не могла остаться в комнате одна. Мне или твоему отцу приходилось постоянно находиться рядом с ней.
— Неужели? Я этого не знал.
— Мэриголд и Роуз поначалу невзлюбили нас с ней. Боялись, отец охладел к ним. Но потом обе искренне привязались к сестре и стали нам активно помогать.
Мягко и ненавязчиво приучили ее оставаться в комнате одной. Они хорошие и добрые девушки. Хотя иногда проявляют упрямство.
— Честно говоря, их отношение к Сисси приятно меня удивило. Получается, они способны думать не только о себе. В детстве они были очень избалованы. Этакие экзотические цветочки в оранжерее отца. — Роберт грубо расхохотался. — Сисси удивительное создание. Она способна пробуждать в людях дремлющие в них хорошие качества.
— И отрицательные тоже. Взять, к примеру, моего опекуна. После смерти родителей он получил титул моего отца. Сначала он показался мне добрым и честным человеком. Но потом я поняла, до какой степени ошибалась на его счет. Он сказал, что не пожалеет для меня никаких денег и сделает все, чтобы я стала одной из самых красивых девушек сезона. Но категорически отказался принять Сисси в свой дом, заявил, что его дом — не место для слабоумных, не пожелал слушать моих объяснений, на него не действовали никакие уговоры. И он отправил ее в сумасшедший дом.
— Да, знаю.
— Но ты не знаешь, какой кошмар ей пришлось пережить в этом заведении. — Лидии было невыносимо не то что говорить, но даже думать об этом. — Комната, куда ее поместили, была узкой и тесной, как шкаф. Когда нас к ней привели, она была привязана к кровати. Твой отец пошел к владельцу заведения и потребовал у него отчета. Но тот нисколько не смутился и заявил, что приказал ограничить свободу Сисси для ее же блага. По его мнению, она могла причинить себе вред во время приступа. Как оказалось, этот человек приказывал привязывать к кроватям всех пациентов, которые не желали ему подчиняться. Таким способом он добивался послушания. Он прочитал нам с полковником целую лекцию о методах лечения слабоумия. Мы пришли в ужас! Подумать только, этот изверг сажал Сисси и других пациентов в ванны с ледяной водой, чтобы обеспечить приток крови к мозгу и тем самым облегчить их состояние. С этой же целью подвешивал их вниз головой и оставлял так на несколько часов. По его мнению, подобные методы могли способствовать их излечению.
— О боже! — воскликнул Роберт, искренне потрясенный.
