И Евгений Евтушенко начинает петь – очень нежно и грустно:
Если, крича, плачу – почти навзрыд.
Словно свеча, Лара в душе стоит.
Мир пустоват без огонька в ночи.
И Пастернак с Ларой – как две свечи.
Евтушенко радуется, что в обожании женщин он совпадает с Пастернаком, и цитирует строки поэта: «С детских лет я ранен женской долей. Поэт – только след ее путей, не боле». Наш Евгений в присутствии женщин становится гением пышного комплимента. После восхищения – «какие девочки в Париже – просто жарко» – он тут же вознесет до небес свою русскую спутницу: «Но ты не хмурься на меня и знай: ты лучшая в Париже парижанка». Таков он, Евтушенко: в любом возрасте – Женя.
Поэту Евгению Евтушенко 18 июля исполняется 75. Удивляйтесь и завидуйте – он любит жить в жестком ритме: летает читать лекции в университет, в Оклахому, вновь возвращается в Москву, возносится над Европой и курсирует над Россией. У поэта особая миссия – растопить людские сердца поэтическим словом, взбудоражить озорством мысли и даже эпатировать постные вкусы, представ перед публикой в рубашке неимоверного цвета, вроде яркой метафоры. Накануне дня рождения Евтушенко нарасхват. Но не рискнула по жаре мчаться к нему в Переделкино. А телефон-то зачем? И вот…
