— Скай, ты выглядишь просто ужасно. Что случилось? — спросила Блисс, наткнувшись на Шайлер, мрачно застывшую в дверном проеме.
Глаза Шайлер покраснели от слез; она сморкалась в бумажный носовой платок.
— Твоя служанка меня впустила. Надеюсь, это ничего? Твои родители тут? — спросила Шайлер, продолжая шмыгать носом.
— Нет. Они на каком-то благотворительном мероприятии. Что-то новенькое. Да ты заходи. Они в любом случае возражать не станут. Ты же знаешь — ты им нравишься, — заверила подругу Блисс.
Но, произнеся эти слова, она вдруг осознала, что не уверена, правда ли это. Родители никогда не проявляли ни малейшего интереса к ее друзьям. Они по-прежнему считали, что она водится с Мими Форс. В общем, ничего они не соображают. А ни Шайлер, ни Оливера они просто никогда не встречали.
— Что стряслось-то? Ты в порядке? — спросила Блисс.
Шайлер покачала головой. Она прошла следом за Блисс к ней в спальню и, забравшись на кровать, прислонилась к груде подушек и закрыла глаза.
— Оливер меня ненавидит, — произнесла она со сдавленным всхлипом и вытерла глаза. — Он видел... нас двоих... Джека и...
Блисс кивнула.
— Он знает.
Так вот что Мими сказала Оливеру вчера днем! Шайлер в ответ вытащила из кучи подушек одну и сунула себе под голову.
— Угу.
Блисс вздохнула. Она взяла пульт от телевизора и принялась переключать программы.
— Ты видела последний выпуск «Берега»?
— Нет. Включи, — попросила Шайлер.
Это полностью постановочное реалити-шоу о жизни трех девчонок-блондинок из Лос-Анджелеса, полных бездельниц, но при этом чем-то симпатичных, было их любимым.
— И как же он узнал? — спросила Блисс, не отрывая взгляда от экрана. Потом она повернулась к Шайлер. — Хотя, пожалуй, это не важно. Ты знала, что в конце концов он узнает.
— Знала, — согласилась Шайлер. — Слушай, не смотри так на меня. Я в курсе, что ты об этом думаешь.
— Я ни слова не сказала.
— А тебе и не нужно.
Блисс погладила Шайлер по спине. Она сочувствовала подруге, но Шайлер знала, что делает, когда закрутила роман с Джеком. Она оттолкнула от себя друга, и ради кого — ради Джека Форса? Что она вообще в нем нашла?
— Слушай, я тебе должна кое-что рассказать. Мы с Мими сегодня навещали Дилана, — произнесла Блисс.
Она слово в слово пересказала все, что сообщил доктор. Шайлер была поражена и сбита с толку.
— Так если Дилан не убивал Эгги и всех остальных, кто же тогда это сделал?
— Понятия не имею.
— А кто-нибудь еще об этом знает? Ну, что он этого не делал?
— Кроме Мими и меня? Да. Форсайт, — отозвалась Блисс. Она поняла, что в последнее время не может заставить себя называть его отцом. — Доктор Эндрюс сказал, что позвонил ему сразу же, как получил результаты анализов.
— Но твой отец ничего тебе не сказал?
— Ни единого слова.
— А Совету?
— Мими сказала, что Форсайт им вообще ничего не сообщил про Дилана, — ответила Блисс.
Действия отца все сильнее смущали ее.
— Интересно, почему...
— Может, он это сделал, чтобы помочь мне, — пытаясь защитить его, предположила Блисс. — Он знал, что Совет захочет уничтожить Дилана, и потому скрыл от них вести о нем.
— Но Дилан не Серебряная кровь, — возразила Шайлер. — И никогда не был. Значит, опасности, что его уничтожат, не существует. Они провели испытание, и он его прошел. А что это там за чемодан? — поинтересовалась она, заметив наполовину забитый вещами чемодан «Туми», на колесиках.
— А, это мы уезжаем.
— Куда?
— В Рио. Форсайт сказал: Нэн Катлер созвала Совет и объявила, что твоему дедушке нужна помощь, и теперь все туда едут.
— Какая помощь?! — вскинулась Шайлер.
— Слушай, ну не беспокойся ты так, — попыталась утешить подругу Блисс, увидев, как та перепугалась. — Я уверена, что с ним все в порядке.
