Анатолий Тоболяк родился в Новокузнецке. Школу окончил на Южном Урале. Учился в Уральском государственном университете. Работал в газетах и на радио на Крайнем Севере, в Средней Азии. В 1971 году приехал на Сахалин, где живет и сейчас. В книгу вошли две повести, которые в разное время были опубликованы в журнале «Юность». Герои этих повестей молоды. Их отличает твердость жизненных позиций, непримиримость характеров, бескомпромиссность взглядов.
Я познакомился с ними в один из последних августовских дней.
Помню, меня задержала на работе неоконченная статья для журнала «Телевидение и радиовещание». К шести часам сотрудники разошлись по домам, редакция опустела, лишь в аппаратной слышались голоса дежурных операторов.
Я сидел около окна за пишущей машинкой, поглядывал на широкую и пустынную полосу реки, на далекую желтизну сопок, курил, стряхивая пепел в бобышку от стационарного магнитофона, и время от времени постукивал по клавишам двумя пальцами… Солнце стояло высоко, комната была залита светом. Около моих ног валялся, как бездыханный, пес Кучум. Изредка по телу его пробегала дрожь, не иначе он видел во сне белоснежные поляны, перечеркнутые тонким собольим следом… Тихонько мурлыкал репродуктор на стене. Под музыку в голове бродили всякие посторонние мысли.
Неплохо бы, думал я, поехать сейчас в отпуск, поваляться где-нибудь на южном пляже, попить пивка вволю, а потом закатиться с женой в Прибалтику, послушать орган в Каунасе, побывать, наконец, в музее Чюрлёниса… Да, неплохо бы, думал я, а пальцы между тем выстукивали скучную фразу: «…накоплен опыт освещения работы оленеводческих бригад».
Еще я думал о том, что таймени на Виви в такую пору славно берутся на желтую блесну и не худо бы подговорить знакомых вертолетчиков слетать на рыбалку. И пора бы уже найти более расторопного работника, чем Иван Иванович Суворов, и зама не мешало бы иметь посимпатичней, чем Юлия Павловна Миусова, и сатирический радиожурнал возобновить неплохо бы…
«…практикуются частые поездки в отдаленные бригады»…
Дверь распахнулась.
— Можно?
Вошел высокий молодой человек в ярко-красной рубашке, джинсах и кедах. Его светлые, давно не стриженные волосы клубились на голове. Вокруг шеи был повязан цветной платок. Узкое загорелое лицо освещали голубые глаза. На вид ему было лет восемнадцать.
Он остановился посреди комнаты, нахмурился и спросил, где найти главного редактора. Вопрос прозвучал с вызовом. Кучум поднял морду и легонько зарычал.
— Слушаю вас.
— Вы главный редактор?
Я подтвердил: совершенно верно, главный редактор собственной персоной.
— Можно с вами поговорить?
Я пожал плечами: отчего бы и нет, пожалуйста.
Посетитель крутнулся на резиновых подошвах.
— Одну секунду! — и скрылся за дверью.
Я закурил новую сигарету. В коридоре слышался быстрый шепот, какая-то странная возня. Наконец он появился снова, ведя за руку, точно ребенка через опасный перекресток, тоненькую девушку. Она была одного возраста со своим спутником, в таких же, как он, джинсах и кедах. Неуловимое сходство угадывалось и в их лицах — загорелых и узких, хотя волосы у нее были каштановые, гладкие, открывающие выпуклый лоб, а глаза посверкивали, как обточенные камешки янтаря.
Она вошла с закушенной губой, пылающими щеками, шепнула: «Здравствуйте». Мы с Кучумом встали, как по команде.
— Проходите, садитесь, ребята! — пригласил я.
Они переглянулись.
— Садитесь, садитесь, — повторил я приветливо.
Они опять переглянулись.
— Сядем, — сказал он, глядя на девушку.
Они расцепили руки и опустились рядышком на стулья около стены. Кучум тотчас приблизился к незнакомцам, принялся обнюхивать их колени. Рука девушки скользнула ему на загривок. Он вздохнул и повалился на пол как подкошенный.
Я рассмеялся. Девушка подняла глаза и робко улыбнулась. Ее спутник ткнул Кучума кедом в бок и вдруг звонко ляпнул:
— Ваш сотрудник?
Девушка бросила на него быстрый беспокойный взгляд.
Я слегка удивился.
— Нет, в штат мы его не взяли. Голос не радиофоничный. Но соболей, между прочим, загоняет отменно.
— И оберегает вас от посетителей?
— Сережа… — шепнула девушка.
Он повернулся к ней.
— А что я сказал? Я только спросил. — И снова ко мне. — Я вас не оскорбил?
— Меня? Оскорбили?
Довольно холодно я ответил, что не замечаю ничего оскорбительного в его шутке, и добавил, что посетители в редакции — всегда желанные гости.
— Вот видишь, — бросил он девушке, и его пальцы быстро коснулись ее руки, словно успокаивая.
— Слушаю вас, ребята.
Он тряхнул светловолосой головой и выпалил:
— Мы ищем работу. Есть у вас вакансии?
Это было неожиданно.
Оба не мигая смотрели на меня.
В некотором замешательстве я принялся раскуривать погасшую сигарету.
— Работу… у нас в редакции? А кто вы такие, ребята? Откуда вы?
— Сначала скажите: есть у вас вакансии? Если есть, мы расскажем о себе. А нет — уйдем.
— Ой, Сережа…
— Зря болтать нет смысла, верно?
— Вы уж так прямо быка за рога…
— А зачем зря тратить время? Мы не бессмертные.
— Ой, Сережа… пожалуйста…
— Лучше сразу: есть у вас вакансии или нет?
— Ну-у… — протянул я, слегка ошеломленный. — Это зависит от того, на что вы претендуете. Мне не совсем понятно, какую работу вы хотите получить. У нас есть должности технические, есть творческие. Может, вы поясните, что вас интересует?
— Одна творческая, одна техническая.
— Ага! Одна творческая и одна техническая. А точнее можно?