В десятом классе у нас с Федькой Луцишиным начался роман, да и компания составилась; я почти не видела отца. Встретимся иной раз за столом, обмолвимся фразами: «Где это ты пропадаешь, хотел бы я знать?» «А ты где?» «Я работаю, чтобы тебя, бродячую, кормить!» «А я учусь, чтобы тебя на старости лет кормить!» «Как же, дождешься от тебя!»— или что-нибудь в этом роде.
Мама иной раз вступалась за меня; молодая, мол, пускай развлекается. А наедине только и вела разговоры о том, как дети родятся. Будто я сама не знала как. «Добегаешься до беды, добегаешься!» Она мне так уши прожужжала, что я, честное слово, стала подумывать: а не хочет ли она, чтобы я и вправду добегалась?
Зимой в десятом классе на меня напал какой-то книжный запой. Я стала пропадать в библиотеке и читальном зале вместе с Сонькой. До этого лишь почитывала что попадалось, а тут прямо въелась в книги, в классиков особенно. А причиной был все тот же Федька Луцишин и К°. Вдруг они мне все как-то сразу опротивели. Да и весь наш город, где я восемнадцать лет назад родилась, пыльный и жаркий летом, зимой бесснежный, хмурый, с его грязным гортанным базаром, стал мне невыносим. Между тем стоило взглянуть на карту — и сердце замирало, глаза разбегались от бесчисленного множества точек и точечек. Ох, как я смотрела вслед самолетам!
А теперь вот лежала на кровати и все это перебирала так и этак. Ни в чем себя не винила. Случилось — и ладно. Может быть, только сейчас все и начинается. Но что именно, этого я не знала.
К полудню мне стало невтерпеж. Есть не хотелось, спать тоже. Глядеть в потолок надоело. Разговаривать было не с кем, даже Юрьева ушла. Бока я отлежала.
Думать устала. Хочешь не хочешь, а надо было что-то предпринимать. Я отправилась на главпочту — вдруг пришли деньги?
Пока я ехала в метро, в толчее шла по переходам, вся хандра пропала. Я живо глядела по сторонам, бойко стучала каблуками, а вниз по эскалаторам сбегала бегом. Со стороны я видела себя: русоволосая, стройная и хорошенькая девчонка в кремовой длинной юбке. Приятно посмотреть!
На главпочте меня ожидало чудо: мне вручили перевод. Сумма была сногсшибательная — пятьдесят рублей! Билет до нашего городка на самолет стоит восемнадцать, а на поезд и того меньше. Мама поистине расщедрилась. Я не понимала: с чего бы? Неужто ей действительно так хотелось заполучить меня? Или это были деньги на всю мою дальнейшую жизнь до смерти?
С таким богатством можно было позволить себе попировать. Я завернула в «Кулинарию». Оказалось, что аппетит у меня есть, и еще какой! Я выпила две чашки какао с молоком, слопала два пирожка с мясом, умяла два пирожных с кремом, а на улице купила мороженое. Прекрасно! Замечательно! Жить можно!
Тут я вспомнила о Максиме. Все было как-то не до него, и вдруг прямо ударило в голову: телефонный номер. Я подивилась своей памяти, ведь не старалась же запоминать. Легко подумала: а что если позвонить? Так, подурачиться. Чем я рискую?
Две копейки у меня нашлись, и телефон-автомат как раз подвернулся. Все как-то сходилось одно к одному.
Ответил мне женский голос. Я попросила пригласить к телефону Максима. Почти сразу же услышала:
— Алё?
Для верности я спросила:
— Это Максим?
— Да, я. — В голосе его появилась настороженность.
— Здравствуйте, Максим. Как поживаете?
— Отлично поживаю. А с кем я говорю?
— А как поживает ваш друг Махмуд? — Я улыбалась, говорила звонко и весело…
— А, вон кто! Привет! Рад слышать. Как ваша подруга? — Он снова перешел на «вы». — Не уснула в автобусе?
— Нет, все в порядке. Сегодня очень хороший день, правда?
— Хороший день? Погодите-ка, взгляну в окно… Да, действительно. Спасибо, что сказали.
— Чем это вы занимаетесь, что не замечаете погоды?
— Чем занимаюсь? Работой, разумеется. Как насчет хорошего вечера?
Он сразу взял быка за рога… Я засмеялась.
— Нет, Максим, не получится. Хватит с меня вчерашнего.
— А разве вчерашний был плох?
— Не так чтобы, но и не очень. В общем, не знаю.
— Ясно, ясно. — Он помолчал, раздумывая. — А я, между прочим, знал, что вы позвоните.
— Ерунда! Ничего вы не знали! Я сама пять минут назад не знала, что позвоню. И даже сейчас не знаю, зачем звоню. Просто так, от нечего делать.
— Что ж, и то хорошо. — Я поняла, что он усмехнулся. — Давайте от нечего делать и встретимся. У меня, кстати, есть насчет вас кое-какие идеи.
— Да ну? Какие же?
— Идея такая, — начал он. — Одну минуту, перейду на другой телефон. — Была пауза, потом снова раздался его голос — Значит, такая идея. Есть у меня приятель. Он командует небольшой проектной конторой. Можно с ним потолковать о работе. Правда, с пропиской трудно. Но он знает всякие ходы. Как смотрите на это?
Я надолго задумалась. Рассеянно поглядывала по сторонам, постукивала ногтем по трубке. Странно все-таки! Вчера вечером в первый раз увидела, сегодня он устраивает мою судьбу… Наконец я небрежно спросила:
— Интересно, вы всем так помогаете?
— Да нет, не приходилось. Вы первая.
— А из каких соображений? — Я опять улыбалась, и голос мой звучал совершенно беззаботно.
