Это наиболее явно демонстрируется в китайском тексте, где Авалокитешвара говорит: «Шарипутра, пустота [объективного бытия] всех вещей никогда не создавалась и никогда не будет разрушена, в ней нет ни частей, ни целого, она не совершенна и не несовершенна». Это «Пустота Праджни», сама Праджня, и это ключ ко всей сутре. Это беглое, но точное описание чистого необъективного видения, трансцендентной субъективности совершенного бодхисаттвы. Если считать шунъяту чистой «пустотой», технически названной «Пустотой Уничтожения», а не отсутствием объективного существования, являющего собой ум бодхисаттвы, то биение сердца «Сутры Сердца» никогда не будет услышано.
Замечание: Термины, используемые в китайском буддизме, иногда сильно отличаются по смыслу от их индийского оригинала. Буддизм распространялся в Китае в основном посредством технических терминов и концепций даосизма, что, учитывая совершенно разный философский подход Индии и Китая, привело к значительным различиям в интерпретации. Поэтому относительно корректный перевод сутры с санскрита может оказаться неточным или даже неправильным переводом той же сутры, как ее понимают и используют в Китае. Вот примеры терминов, к которым это относится: самадхи, саньмэй, возможно, праджня, дхьяна и несколько других, и еще пример более распространенной концепции, выраженной словом «шуньята» и его китайским эквивалентом кун, который в китайской махаяне имеет еще позитивный аспекту–нянь.
Фактически, даже если мы достаточно хорошо знаем индийский буддизм махаяны, нас интересует также его развитие в Китае как чань, в Японии как дзэн, и все другие школы, составляющие Великую Колесницу, потому что в Китае это живая традиция, которую можно изучать. В частности, Великую Колесницу следует рассматривать как, по сути, китайское творение, со всем уважением к вдохновившему ее индийскому оригиналу, — она настолько впитала китайскую философию и метафизику, что нельзя надеяться понять и интерпретировать ее на основе одного лишь перевода с санскрита.
I. Передача сутры божественного внутренне видящего Ума, трансцендентного знанию
Так я слышал:
Победитель иллюзии [17] находился на Горе Коршуна в окружении великого собрания монахов и бодхисаттв. Пробудившись из состояния самадхи, в которое он был погружен, и поприветствовав благородного бодхисаттву Авалокитешвару, он задал ему такой вопрос: «Каково должно быть понимание сына или дочери из благородной семьи[18] в результате праджняпарамиты?»[19]
Авалокитешвара ответил: Понимание бодхисаттвы таково:
Праджня–видение бодхисаттвы
Пять скандх [20]будут [сознаваться как] небытие.
Проявление будет [сознаваться как]
небытие, а небытие будет сознаваться
как Проявленное.
Проявление будет сознаваться как неотделимое
от небытия, а небытие — как неотделимое
от Проявленного[21].
Воспринимание будет сознаваться как небытие,
а небытие будет сознаваться как Восприятие.
Воспринимание будет сознаваться
как неотделимое от небытия, а небытие
как неотделимое от Восприятия.
Также мышление, воля и сознание будут сознаваться так, что каждое будет пониматься как небытие, а небытие — как каждое.
