Возможно, он принял во внимание пару винтовок, которые они все еще сжимали в руках. Возможно, опасался, что кто-то узнает, что он бросил их здесь. Андерсона это мало беспокоило, он просто обрадовался, что Сэрен их дождался.
Он помог Кали подняться в кабину вездехода, потом и сам устроился рядом.
— А где Эдан? — крикнул он, как только призрак включил двигатель.
— Он мертв.
— А что с доктором Кийяном? — поинтересовалась Кали.
— Тоже мертв.
Сэрен рывком включил передачу, и вездеход, разбрасывая колесами песок и мелкие камни, устремился вперед. Андерсон откинулся на спинку сиденья. Непомерная усталость заслонила воспоминание о металлическом контейнере.
Вездеход мчался сквозь ночную тьму, и мрачная сцена смерти и разрушения отступала все дальше и дальше.
Андерсон вышел из здания посольства человечества на Цитадели под лучи искусственного солнца Президиума. Спустившись по ступеням, он оказался на зеленой лужайке.
На берегу озера его ждала Кали. Она сняла обувь и окунула ноги в воду. Андерсон подошел ближе, тяжело опустился на траву, сбросил тяжелые ботинки и тоже погрузил ступни в прохладную освежающую синеву.
— Ох, как же здесь хорошо!
— Ваша встреча длилась довольно долго, — заметила Кали.
— Я боялся, что тебе надоест меня ждать.
— Все равно мне больше нечем заняться, — поддразнила она лейтенанта. — Я уже повидалась с послом. Кроме того, хотелось немного здесь побродить. — Затем, гораздо серьезнее, добавила: — Я могу тебе отплатить хотя бы такой малостью.
— Ты ничем мне не обязана, — ответил он, и после этого между ними установилось дружеское молчание.
После бегства с завода на Камале прошло четыре дня. Первую ночь они провели в медицинском комплексе неподалеку от космопорта. Медики нейтрализовали отравление дымом и ядовитыми веществами, образовавшимися в результате взрывов, а Кали еще пришлось делать внутривенные вливания из-за обезвоживания организма, полученного за время заключения.
На следующий день они встречались с членами Альянса — солдатами, обеспечивающими их безопасность, и представителями военной разведки, которых заинтересовали полученные сведения. Потом их посадили на поджидавший фрегат и доставили на Цитадель, где они лично отчитались перед высокопоставленными особами: три дня были заняты встречами, слушаниями и расспросами обо всем, что произошло… и кто в этом виноват.
Андерсон подозревал, что политическим кругам придется заниматься последствиями этих событий не одну неделю, а может быть даже несколько месяцев, но после официального приема в кабинете посла для него все было закончено. Для них обоих.
Впервые с той жуткой ночи они получили возможность встретиться наедине. Он хотел бы обнять Кали за плечи и прижать к себе, но не знал, как она на это отреагирует. Он хотел что-то сказать, но не мог подобрать слов. Так они некоторое время сидели рядом друг с другом и молчали.
Кали первой нарушила тишину.
— Что сказала тебе посол? — спросила она.
— Примерно то, что я и ожидал услышать, — вздохнул Андерсон. — Совет не принял меня кандидатом в призраки.
— Из-за неблагоприятного отзыва Сэрена, — с возмущением добавила Кали.
— Да, его рапорт не слишком мне польстил. Там указывалось, что я проигнорировал истинную цель миссии. По его словам, я слишком рано прошел внутрь завода и, перестреляв наемников, лишил его прикрытия. Он даже обвинил меня в устройстве взрыва.
— Но это же ложь! — возмущенно всплеснула руками Кали.
— Но с примесью достаточной доли правды, — заметил Андерсон. — Кроме того, отчет дан призраком. Одним из лучших агентов Совета. Кому они должны верить?
— Вероятно, Совет просто ищет причину не допускать представителей человечества в ряды призраков. Они опять пытаются сдержать развитие Альянса.
— Может быть. Но теперь это проблема посла Гойль.
— А что будет с инопланетной технологией, обнаруженной Кийяном? — поинтересовалась Кали.
— Совет предоставил обнаруженные файлы для изучения собственным экспертам, — ответил Андерсон. — Там одни теории и гипотезы. Они вообще не верят в существование этой находки.
— А как же все научные исследования, которые мы проводили? — возмутилась она. — Что он пытался разгадать?
Андерсон пожал плечами:
— Они говорят, что у Кийяна была нарушена психика. Считается, что он завлек Эдана невероятными заявлениями и ложными посулами, основанными на маниакальных иллюзиях. Они думают, что доктор Кийян все больше и больше перестраивал проект на Сидоне согласно своим безумным идеям.
— А что посол сказала о тебе лично? — спросила Кали после секундного колебания и гораздо мягче.
— В первый момент она была сильно расстроена, — признал Андерсон. — Я не попал в призраки, а миссия привела к сильнейшим политическим осложнениям, с которыми ей теперь придется разбираться.
— Каковы будут последствия гибели гражданского населения, пострадавшего при взрыве? Альянс не собирается свалить вину на тебя?
В голосе Кали звучало искреннее участие, и Андерсон пожалел, что не осмелился ее обнять.
