— А я сейчас проверю, насколько она дозрела, — ответил Игорь, надвигаясь тараном на дверь, — и собирается ли сама валиться?!
Он был уже у порога, когда в сенях раздался стук каблучков. Дверь распахнулась, и на порог вступила Люба. На ней было то же белое платье, в котором встречала она Игоря весной. Только еще вязаная кофта и теплая шаль были накинуты поверх. Ну как она могла не прийти к нему, Любка, невеста его, жена тайная? Просто люди об этом не разнюхали и несут всякий вздор.
— Добрый вечер, — сказала Люба и покраснела.
— Проходи, пожалуйста, — пробормотал Игорь и продолжал стоять столбом на ее дороге.
Все трое молчали. Наконец острые черточки дрогнули в углах Любиных губ и стали закругляться. Она сказала:
— Я пришла все-таки подробнее узнать насчет Шмеля... Что с ним сейчас делать?
Игорь сдвинулся с места. Он бросился к табуретке, дунул на нее и предложил Любе:
— Садись, пожалуйста... Я сейчас все объясню... Ты ужинала?
— Нет, — сказала Люба, опускаясь на табуретку, — не успела. Не до того...
— А я борщ наварила свеженький, — певуче сказала мать и загремела мисками, отыскивая среди них единственную тарелку.
— Знаешь, Люба, отличный борщ, — подтвердил Игорь. — Я такого не ел давным-давно.
— А я ваш борщ, Ксения Николаевна, с детства помню, — сказала Люба. — И папа вспоминает... Но сколько раз ни пыталась сварить такой — не получается.
— Господи, — ответила мать, — да приходи хоть каждый день к нам обедать.
— Буду приходить, — пообещала Люба и подняла на Игоря многозначительный взгляд. — Не каждый день, но буду...
— А со Шмелем вот что получилось, — начал Игорь, садясь напротив Любы. — Он взялся снова за старательские штучки, а я не смог его переубедить — не хватило меня на это: трудное лето было, понимаешь?
— А сегодня как раз пятница, — напомнила Люба тихо.
— Не дотянул! — развел перед нею Игорь руки в ссадинах и мозолях.
— Ладно, я сама съезжу за ним и все улажу, — сказала Люба. — Только ты больше не кипятись, хорошо?
— Субботу я проведу на самом лучшем уровне, — пообещал Игорь. — А потом будет наше воскресенье, да?
Люба нашла под столом его ногу и обжала ее своими горячими коленями в знак полного согласия. Не поднимая глаз на хозяйку, она взяла деревянную ложку и склонилась над тарелкой.
— Нет, такого борща мне, наверно, не сварить, — заметила она, отхлебнув.
— Сваришь, — отозвалась мать. — Ты сумеешь сварить, Любушка... Руки у тебя живые, глаз есть и терпение. Еще как сваришь... сваришь... сваришь...
Люсина рука замерла на страничке, а взгляд устремился куда-то за окно, облепленное сахаристыми пальмами.
— Что интересно, — сказала Люся, — Феня, та выдумала себе психическое расстройство, чтобы прятать надежнее план, — так показала экспертиза, а у Ксении Николаевны на самом деле начались случаи приступов. А сейчас вообще боюсь, не пришлось бы ее после суда помещать в психиатричку!
— Это, между прочим, тоже аргумент защиты, — подал голос Гарька. — И ваша контора могла бы на этом настаивать!
— Я говорил с Куликовым, — поспешно добавил Слон.
— Ну и что же он? — учитель перевел на хозяина испытующий взгляд.
— Отреагировал как надо! — заскрипел своим креслом Слон. — Все должно быть в ажуре!
Но у Гария Иосифовича не сходила с лица суровость экзаменатора.
Женя решил, что Слон не может пока отвечать за Куликова полностью, и надо выручать доверчивого друга.
— Матвей Андреевич и сам соображает не хуже нас в этом смысле, — заметил Женя. — Наверное, ждет удобного момента, чтобы развернуться...
— Меньше двух суток осталось — куда еще ждать? — напомнил учитель.
— Завтра у нас собрание, — сообщил Женя.
— Ладно, подождем до завтра, — кивнул Гарий Иосифович. — Посмотрим на обещанный ажур!
— Это все же так, — скривился Борис Петрович, — общественный институт, а нам бы открыть юридический моментик!
— Закон есть закон! — поддакнул хозяин.
— А мы и ведем все по правилам, — ответила Люся. — Материалы у нас не фальшивые, документы добротные, письма настоящие... слушайте...
«Добрый день, Люба.
Вот и я сел за последние курсы лекций. Сказать по правде, устал я писать эти лекции. Сижу и рисую на чистых страницах чертиков. За экзамены не боюсь: научился так сдавать, что за две ночи любой предмет осилю и сдам хорошо. А средний балл у меня настолько высокий, что диплом с отличием уже обеспечен.
Каждый день я считаю, сколько же осталось до того дня, когда я получу этот диплом, и начнется новая жизнь.
