О хранителях не имелось почти никакой информации. Они обитали только на Цитадели и больше нигде в Галактике не встречались. Они просто ждали, пока асари около трех тысяч лет назад не появились на станции. И отреагировали на вторжение новой расы так, словно были слугами, дождавшимися возвращения хозяина: суетились и хлопотали, стараясь обеспечить асари все условия для комфортной жизни на Цитадели.
Все попытки вступить в непосредственный контакт с хранителями наталкивались на пассивное молчаливое сопротивление. Казалось, у них нет другой цели, кроме обеспечения жизнедеятельности Цитадели, ее обслуживания и ремонта. В свое время велось немало споров, можно ли их считать разумной расой, кое-кто даже утверждал, что это органические машины, созданные и запрограммированные протеанами на выполнение единственной задачи — обслуживание Цитадели. Теоретики заявляли, что хранители подчиняются исключительно инстинкту и даже не способны осознать исчезновение собственных создателей пятьдесят тысяч лет назад.
Андерсон проигнорировал встреченного хранителя — подобным образом поступали и все остальные. Эти существа вели себя так скромно и ненавязчиво, что обитатели Цитадели быстро привыкли к их присутствию и воспринимали их заботы как должное.
Минут через пять он подошел к зданию, где располагалось посольство человечества. Андерсон вошел внутрь, и уголки его губ мгновенно приподнялись в приветливой улыбке, адресованной привлекательной молодой женщине, сидящей в приемной. Дежурный секретарь подняла голову и на его робкую усмешку ответила ослепительной дружелюбной улыбкой.
— Доброе утро, Аврора.
— Давненько я здесь вас не видела, лейтенант. — Голос служащей был под стать внешности — теплый, приветливый и уверенный, лучшее приветствие любому посетителю. — Я уж начала думать, что вы меня избегаете, — насмешливо добавила она.
— Нет, я просто стараюсь держаться подальше от неприятностей.
Свободной рукой секретарь нажала несколько клавиш на своем пульте и взглянула на монитор.
— Ого, — произнесла она с нарочито озабоченным видом. — Вам предстоит встреча с самим послом Гойль. — Насмешливо приподняв бровь, Аврора шутливо попеняла: — А я решила, что вы действительно держитесь подальше от неприятностей.
— Я сказал, что стараюсь их избегать, — напомнил лейтенант. — Но никогда не утверждал, будто мне это удается.
В ответ раздался веселый смех, возможно, тщательно отрепетированный, но тем не менее приятный.
— Капитан уже здесь. Я доложу им о вашем приходе.
Андерсон кивнул и стал подниматься вверх по лестнице к кабинету посла, и его походка, казалось, стала легче, чем несколько минут назад. Он был достаточно сообразителен, чтобы не придавать значения легкой болтовне с секретарем. Аврора лишь выполняла свою работу: дежурный секретарь присутствовал в приемной еще и для того, чтобы посетители расслабились и почувствовали себя комфортно. Но он не мог отрицать, что ее шутливое заигрывание доставляло удовольствие.
Дверь в кабинет оказалась закрытой. Аврора сказала, что его ждут, но Андерсон все же помедлил, прежде чем постучать.
— Войдите, — послышался из-за двери женский голос.
Едва он переступил порог, стало ясно, что встреча будет серьезной. В кабинете, кроме письменного стола посла, стояло несколько кресел и маленький журнальный столик между ними, но и капитан, и посол стояли, ожидая Андерсона.
— Лейтенант, прошу вас, закройте за собой дверь.
Андерсон выполнил просьбу, прошел в комнату и замер по стойке «смирно».
Анита Гойль была одной из важнейших и самых влиятельных персон на политической арене, и ее внешность полностью соответствовала образу представителя власти. Эта смелая и решительная женщина в свои пятьдесят с небольшим лет выглядела потрясающе. Она обладала средним телосложением, длинными серебристо-седыми волосами, уложенными в элегантный пучок, и высокими изящными скулами. Черты лица выдавали восточноазиатское происхождение, но у Аниты Гойль были темно-зеленые глаза, странно выделявшиеся на фоне матово-смуглой кожи. В данный момент взгляд этих глаз был сосредоточен на лице Андерсона, и ему пришлось напрячь всю волю, чтобы не поежиться под проницательным взором посла.
— Вольно, — скомандовал капитан.
Андерсон выполнил приказ, расставил ноги на ширину плеч и скрестил руки за спиной.
— Я не собираюсь вас обманывать, лейтенант, — заговорила посол. Она была известна как человек, пренебрегающий дипломатическими уловками, и Андерсон высоко ценил эту черту ее характера. — Мы собрались, чтобы попытаться понять, что произошло на Сидоне и как избежать неприятных последствий.
— Да, мадам, — ответил Андерсон.
— Я хочу, чтобы здесь вы свободно выражали свои мысли. Это понятно, лейтенант? Ничего не утаивайте.
— Понятно, мадам.
— Как вам известно, лаборатории Сидона были строго засекречены. Но, надеюсь, вам еще не известен тот факт, что это была первая научная станция Альянса, персонал которой занимался созданием ИИ.
