Открытие Антарктиды полностью

14 февраля. 14-го ночь была темная, к югу по горизонту большой блеск; мороза 4°. В сие время мы пересекли путь капитана Кука. Видимый яркий блеск к югу служил достоверным доказательством, что и ныне множество льда в том месте, откуда капитан Кук 6/17 января 1773 года возвратился в меньшие широты; он тогда здесь встретил обширный сплошной лед, составившийся из плавающих, один на другой накинутых кусков. Вероятно, что в продолжение протекшего почти полвека с сими льдами последовали от непогод разные перемены: некоторые льды исчезли, а другие вновь возросли; но по тем же самым причинам, по которым Кук встретил непроходимые льды, место сие (от нас в тридцати милях к югу находившееся) и ныне покрыто множеством льдов.

В четверть третьего часа начало рассветать, мы прибавили парусов; когда совсем рассвело, в виду нас к SO насчитали до десяти ледяных островов и много плавающих небольших льдин.

Поутру, на широте 66°49'5''южной, долготе 41°26' восточной, найдено склонение компаса 40°13' западное. Капитан Кук на сем месте определил склонение 29°30'; из сего видно, что оно в продолжение протекших сорока семи лет прибавилось на 10°43' к западу.

От полуночи до девяти часов утра имели маловетрие между S и О и штиль, после чего настал тихий ветер между N и O; я взял курс на SO 60°.

Пред полуднем, проходя близко небольшой льдины, мы остановились в дрейфе, спустили два яла и послали за льдом. Находились тогда на широте 66°52'53''южной, долготе 40°55'36''восточной.

Хотя по причине сильного буруна OtN и зыби затруднительно было колоть лед, однако же когда оного нам привезли, я опять отправил ялы, но только что они достигли льдины, ветер перешел к О, начал дуть шквалами и покрывал горизонт туманом, а потому сделан сигнал ялам возвратиться; они тотчас прибыли и подняты на шлюп.

Когда с «Востока» суда отвалили, в то же время и со шлюпа «Мирный» два гребных судна пристали к льдине и набрали льда; но как он был дряблый, то по доставлении на шлюп оказался напитан морской водой, и лейтенант Лазарев велел выбросить за борт.

Ветер более и более усиливался, с туманом и мокрым снегом. К семи часам пополудни мы принуждены взять остальные рифы у марселей, спустить брам-реи и брам-стеньги. Мороза было 2°. Весь такелаж, паруса и сами шлюпы обледенели, мы не успевали очищать снег с бегучих веревок и с палубы. При таком сильном ветре, густом тумане и снеге весьма опасно было находиться среди ледяных островов.

Мы шли на NW 20°, неся мало парусов, дабы к ночи выйти из видимой опасности. Волнение было великое; темноту умножал туман и густой снег, от которых зрение могло простираться на самое малое расстояние; на пути нашем были ледяные острова. К великому счастью, в десятом часу вечера ветер уменьшился, но в продолжение ночи выпадал такой густой и мокрый снег, что покрывал паруса и такелаж, падая, ко всему примерзал, с трудом едва успевали от оного очищаться.

15 февраля. Переменный со всех сторон ветер, при пасмурной погоде с мокрым снегом, сделался противный, крепкий от востока. Шлюпы терпели ужасную, вредную качку, ибо огромная зыбь шла от WSW, встречаясь и соединяясь с волнением, разведенным от востока, возвышалась ужасным образом остроконечными вершинами, с коих ветер срывал кипящую седую пену и носил оную по воздуху. Сие волнение вредно судам, ибо бока, от противных сил и неуступчивости с обеих сторон, близки к отвесному положению. Судно, восходя на таковую волну, с одной стороны встречает великое количество воды, в то время когда с другой тем же волнением изрыта пропасть, в которую судно стремится упасть боком.

В продолжение сей неприятной ночи шлюпы взаимно не видали сожженных фальшфейеров, не слыхали выстрелов из пушек.

До трех часов ветер был переменный, мороза 1,5°, ртуть в барометре стояла на 28,80. Полагая, что шлюп «Мирный», как обыкновенно, отстал и находился позади нас, я поворотил с полуночи через фордевинд, чтоб к рассвету соединиться. Нам обоим разлука была бы затруднительна, ибо по предписаниям, которые даны от меня лейтенанту Лазареву, надлежало искать друг друга три дня на том месте, где разлука последовала, через что каждый из нас потерял бы три дня, находясь в опасности между льдами при пасмурности, крепком ветре и беспрестанном снеге; к общей радости, мы скоро увидели нашего сопутника, сблизились и пошли к северу.