Однажды поутру Бонгари заехал на шлюп, чтоб променять рыбу на бутылку рома. На вопрос мой: «Кто тебе проломил голову?» – он равнодушно отвечал: «Мой народ, быв пьян». Из сего видно, какую он власть имеет над так называемым своим народом.
Мы из любопытства пошли ночью посмотреть, каким образом приятели наши располагаются на ночь и как они спят. При приближении нашем верная их собака залаяла – они тотчас проснулись; увидя нас, Бонгари встал и подошел к нам, а прочие оставались в том же положении, как лежали. Тлелось несколько огней, между которыми они спокойно спали (мужчины не отдельно от женщин), огонь грел каждого с двух сторон; группу сию составляло семейство Бонгари.
Природные жители Новой Голландии роста среднего, худощавы, особенно ноги и руки очень сухи, голова по соразмерности роста велика, цвет тела несколько светлее арапов, волосы курчавые, носы широкие, по большей части загнуты как у попугаев, рот велик и губы толсты. У некоторых отрезаны мизинцы на левой руке.
Они рассказывают, что странному сему обыкновению причиной мнение, будто мизинец мешает наматывать рыбью уду, и потому оный в малолетстве отрезают. Тело их местами исчерчено параллельно и намарано красной краской; по лицу и телу проводят белые полосы; сквозь средний носовой хрящ продевают кусок дерева. Когда ходят в лесу, всегда вооружены пикой из стебля гумми-планта.
По желанию моему Бонгари доставил мне употребляемые природными жителями оружия: щит, копье и трезубец для битья рыбы; все сии вещи срисованы. Они также доказывают, что жители Новой Голландии несколькими веками отстали от прочих островитян южного моря.
Офицеры ежедневно ездили на берег, более на северную сторону – в лес на охоту, откуда всегда возвращались, имея охотничьи сумки полные разными настрелянными птицами, между которыми по большей части находились особенно красивые попугаи, перепелки, разные зимородки, из коих больших, величиной с галку, называют здесь королевскими рыболовами (King-fisher), прекрасные певцы и другие.
По приближении к окончанию работ на шлюпах, мы послали служителей на северный берег мыть все белье и платье и часто посылали их в баню, разделяя обыкновенно всех на две части.
Место нашей обсерватории, как выше упомянуто, находилось на северном берегу Порт-Джексонского залива, на мысе прямо против залива Сиднея.
Широта обсерватории
Средняя из 5 выводов, по наблюдениям около полудня – 33°51'12''южная
Средняя из многих высот полуденных – 33°51'8''южная
Завадовским (из 12 наблюдений при обсерватории) – 33°51'24''южная
Долгота, определенная мной из 125 расстояний луны от солнца – 51°16'58''восточная
Завадовским (из 125 расстояний) – 151°23'28''восточная
Штурманом Ильиным (из 120 расстояний) – 151°16'54''восточная
Склонение компаса
На «Востоке» – 8°3'0''
На «Мирном» – 8°28'8''
Полная вода – через 9 часов 2 минуты по пришествии луны на меридиан.
Самое большое возвышение воды было четыре фута пять дюймов, 17 апреля и 5 мая в полдень.
Большой арнольдов хронометр № 518 был впереди среднего времени 2 ч 17 мин. 16,79 с. В сутки уходил 5 мин. 10 с.
Барода хронометр № 922 впереди среднего времени 1 ч 13 мин. 20,79 с. В сутки отставал 10 мин. 31 с.
Малый арнольдов хронометр впереди среднего времени 2 ч 20 мин. 53,79 с. В сутки уходил 6 мин. 8 с.
7
