Генри Ф. Элленбергер
Поскольку Альфред Адлер, подобно Фрейду, настаивал на важной роли, которую при формировании личности играет семейная атмосфе-_ра, посмотрим, какова была атмосфера в его семье. Здесь у нас также весьма скудные сведения. Мало известно о его
Он был видным мужчиной, выглядевшим всегда элегантно и аккуратно, как человек, привыкший к хорошей жизни. Я испытывал к нему большое уважение, он всегда очень хорошо относился ко мне. Я все еще вижу, как он гладит меня по голове и дарит блестящие, монеты, которыми я крайне гордился8.
Другой внук, Фердинанд Рей, говорит, что
Дед Леопольд Адлер был элегантным джентльменом, держался очень прямо и большое внимание уделял одежде.... В последние годы своей жизни он завтракал в погребке городской ратуши, всегда выпивал стакан вина, съедал бутерброд с ветчиной в 5 часов вечера, а в 6 часов вечера ложился спать9.
Кажется, что между отцом и Альфредом были хорошие отношения. По утверждению Филлис Боттоми, Альфред_был любимым сыном Лео-
5 польда, и он часто хвалил_сына.(как нам известно, похвала _стала одним из основных мотивов системы воспитания, разработанной Адлером). Тот же автор говорит также, что Леопольд часто говорил Альфреду: «Никогда не верь тому, что тебе говорят»; возможно, это означало, что о
Паулина Адлер не обладала таким хорошим здоровьем, как ее супруг, скончавшийся на В2£емьдесят^едьмом_году жизни. По воспоминаниям современников, когда она умерла на шестьдесят первом году жизни, она была изможденной болезнями и работой пожилой женщиной. Филлис Боттоми описывает ее «нервной и угрюмой», лишенной чув-_ства_юмора. В соответствии с семейной традицией, она слишком много сил отдавала некоторым членам семьи. Один из внуков описывает ее как «нежную красивую женщину, которая вела дела, была крайне загру-
- 190-
8. Альфред Адлер и индивидуальная психология
жена домашним хозяйством, заботилась о муже и собаке». У нее не было взаимопонимания с Альфредом; говорят, что в его жизни она играла роль, которую он позднее называл ролью «противншса^то есть человека, с которым личность меряется силой.
В то время как Фрейд подчеркивал важность отношений ребенка с родителями и считал вторичными отношения с братьями и сестрами, Альфред Адлер придавал большое значение именно положению ребенка по отношению к последним, считая его более важным, чем отношения с родителями. Поэтому следует посмотреть, каково в этом отношении было его положение в семье.
Альфред был вторым ребенком из шести, не считая двух, умерших в раннем детстве10. Особый интерес представляют отношения со старшим братом Зигмундом.
Зигмунд Адлер (еврейское имя Симон) родился 11 августа 1868 года в Рудольфсгейме. По свидетельствам современников, он был очень одаренным человеком, так, по словам Филлис Боттоми, «Альфред Адлер всегда чувствовал себя находящимся в тен_и своего .образцового стар-шего брата, настоящего "первенца", всегда казавшегося Альфреду _паь рящим над ним на такой высоте, которая - при всех его усилиях - оставалась для него недосягаемой. До конца своей жизни он не смог полностью преодолеть это ощущение». Успешная карьера Зигмунда тем более примечательна, что жизнь обходилась с ним весьма сурово. Оттого, что семья была стеснена в средствах, ему пришлось оставить учебу перед получением аттестата зрелости и пойти работать. Вначале он работал в деле отца, позднее в собственном деле. Некоторое время он был агентом по продаже муки, вырабатываемой венгерскими мельницами, позднее он занялся продажей недвижимости. Со временем он стал весьма преуспевающим бизнесменом и приобрел состояние, которое, впрочем, потерял в дальнейшем вследствие послевоенной инфляции. Один из его сыновей сообщает, что будучи гражданином Венгрии, он прослужил год в венгерской армии, женился в 1900 году, имел трех сыновей, а в связи с политической ситуацией эмигрировал в Соединенные Штаты, где и умер". Другой сын описывает его следующим образом:
«Зигмунд поистине "сделал себя сам". У него была большая библиотека, он гордился своими друзьями (эти люди, принадлежавшие к элите среднего класса, были врачами, юристами и так далее).... Мы, дети, научились от него (и от матери) ценить в жизни высокие предметы, хорошую музыку, хорошие книги, путешествия и тому подобные вещи. Он был хорошим шахматистом,
- 191
Генри Ф. Элленбергер
и мы, дети, научились у него играть в шахматы, но он почти всегда был слишком занят, чтобы играть с нами.
Что касается его отношения к Альфреду, то Зигмунд высоко ценил его как врача и психолога и полагался обычно на его медицинские суждения, когда кто-либо из нас болел. Позднее, когда выросла известность Альфреда, он всегда говорил об Альфреде с большим уважением и восхищением»12.
