Башни — одни из самых притягательных сооружений в мире. Я просто обожаю забираться на какой-нибудь небоскреб, свешивать ноги вниз и наслаждаться необыкновенными видами. Пусть это будет янтарно красный закат над зелеными полями или огни неведомого города, развалины давно покинутых мест или кладбище космических кораблей, бескрайний океан или конец вселенной — чтобы не открывалось взору, все смотрится неотразимо с высоты птичьего полета. Катрина не является исключением. Исполинские монстры на четырех опорах, построенные неизвестно кем неизвестно когда. Если присмотреться, то можно легко разглядеть, что же именно представляли собой эти гиганты. Четыре монолитные трубы диаметром около половины лона, выходят из небольших бетонных оснований и тянутся вверх и друг к другу, сходясь в единое целое на высоте трехсот-четырехсот лонов. Однако, нужно именно вглядываться, так как все четыре закрыты металлическими конструкциями наподобие решетчатых ферм высоковольтных линий электропередач, а место их предполагаемого соединения скрыто от общего взора многоэтажной обсерваторией. И обсерватория, и опорные конструкции, удерживающие ее от падения, являются своего рода окантовкой, построенной вокруг металлических стрежней. Думаю, в этом огромном помещении находится оборудование для обработки информации или блок управления, если, конечно же, эти штуки служат какой-нибудь цели. А на самой макушке украшает данные великолепные сооружения длинный шпиль, на котором попеременно загораются различные огни, одиноко манящие к себе путников. Определенно мне, как и многим на материке любопытным, всегда хотелось побывать внутри, попробовать разобраться в тайне их происхождения и назначения. Но сделать это крайне сложно. Все гиганты находятся на побережье, и как только заблудшая душа изъявит желание подняться наверх, фантомная энергия делает свой ход, убивая незваного гостя. Честно говоря, я бы нашел способ туда забраться, но мотивации не хватает. Не знаю, в чем был замысел создателей, когда они возводили эти штуки, но точно не помочь нам покинуть материк, а скорее уж наоборот, удержать внутри.
— «Пришельцы, конечно же, разбираться не стали», — грустно подумал я, смотря на западную башню, охваченную багровым пламенем у основания, которое разрасталось прямо на глазах. Радиус захваченной территории уже превышал четверть килона, а через дек двадцать дойдет, наверное, до меня. Из него то и дело появлялись фигуры диковинных существ, карабкающихся по решетке вверх. Интересный момент, к обсерватории не ведут лестницы и лифты. Зачем вообще ее построили?
— Ладно. Пока я здесь любуюсь достижениями людей прошлого, радиус заражения разрастается. Таким макаром скоро появятся берсерки или еще что похуже.
Осмотрев округу вплоть до самого горизонта, я обнаружил к востоку от башни несколько заброшенных домиков. А там, где дома, там и куча полезного хлама, оставленного людьми. Это место располагалось намного ближе к цели, буквально в половине килонов от бетонных оснований и в одном порыве ветра от багрового пятна на песке, грозившего смертельной опасностью.
Отличной новостью стало то, что среди хлипких построек нашелся грузовой пикап. Возможно, на нем пришельцы сюда и добрались. Только не подумай, пожалуйста, я не собираюсь прорываться на машине через фантомную осаду. Это чистой воды самоубийство. Нет, от средства передвижения мне понадобятся колеса, а точнее резина, обутая на них.
Я вытянул вперед руки, чтобы ухватится за гибкий материал, а затем с силой потянул на себя. Раздались четыре хлопка, ставшие свидетельством выбравшегося на свободу кислорода, и один за другим рваные куски резины выползли из-под автомобиля, оставив его на металлических ободах. Следующим действием стало соединение резины в единый компонент. За годы работы энергиком я запомнил структуру некоторых очень полезных веществ. Под моим руководством материал сначала растекся по земле, словно жидкий пластилин, растянулся в длину и принял в итоге форму широкого ортопедического пояса.
— Резинка есть, теперь нужна рогатка, — рассудил я, пнув ногой получившуюся анаконду.
Тоже несложный предмет. Взмахнув руками на манер поднимающейся волны, я заставил подняться два песочных столба, высотой с три человеческих роста. После сжал кулак, и песок начал спрессовываться, постепенно кристаллизуясь в монолит. Доведя прочность двух опор до нужного состояния, завязал резину на конце каждого, а сам забрался между ними.
— А ведь мог подождать малехо, — кряхтел я под нос, шаг за шагом натягивая телом наскоро возведенную катапульту, — потом сказал бы, что не успел.
