Возвращаясь из школы друзья Даниэль и Джон покупают старый компьютер, чей прошлый владелец погиб при странных обстоятельствах…
– Даниэль, ты опоздаешь в школу – прокричала из сотен тысяч световых лет мама и капитан межгалактического звездолёта открыв глаза обнаружил себя уже не на корабле, а в кровати. Которая находилась на вершине дерева. В домике на дереве, если быть точным.
Машинально взяв с пола жёлтую рацию мальчик ответил:
– Не опоздаю, спасибо мам. Конец связи.
Тринадцатилетний Даниэль Сноувз потянулся в своей импровизированной кровати и посмотрев на игровую приставку и дискеты, разбросанные всюду по дощатому полу домика подумал, что кажется сегодня он прогуляет школу.
Спустя секунду и благодаря реверсивному движению рация вернулась на пол, задев при этом синюю коробку от игры «Нулевая толерантность», на которой в затемнении был изображён угрожающего вида человек с оружием.
Мотор старенькой белой «Ауди» завёлся и почти сразу же звук стал закономерно удалятся, так как мама Даниэля уже отъезжала от дома.
– Не прогуляю потому, что туда я сегодня не пойду. Извини, мам – обреченно сказал мальчик и вздохнув встал с кровати стоявшей посередине домика, построенного отцом мальчика ещё до своей смерти четыре года назад.
Вставив зелёную дискету в приставку «Сега» и прежде чем игра запустилась, Даниэль сначала увидел «снег» помех и белого шума на экране телевизора. В этот момент он подумал, что хорошо бы было портировать «Нулевую толерантность» на тот старый компьютер, который он, вместе со своим лучшим другом Джоном Лероем купил вчера у миссис Хэнгфилд. Женщина сказала, что этот компьютер погубил её сына. Он, по её словам, был просто помешан на всех этих компьютерах и прочей технике.
– А как он мог его погубить, если судя по сообщению газеты «Нью Дэй», её сын полицией был обнаружен в состоянии ледышки? – спросил Джон, когда они под занавес уходящего дня, таки донесли до дома Даниэля системный блок и старый белый монитор с выпуклым экраном.
– Сам не пойму – ответил Даниэль, поднимая жалюзи гаража за своим домом и смотря на багровое солнце, спешащее спрятаться на ночлег за католическую церквушку – как будто она продала нам холодильник.
Джон улыбнулся и запустив левую руку в густую рыжую шевелюру, а правой продолжая держать монитор сказал:
– Да уж. Действительно странно. Как он умудрился замёрзнуть в конце мая?
Секунды спустя Даниэль наконец смог «расправиться» с жалюзи и тут же войдя в гараж и поставив системный блок на бетонный пол рядом с «бьюиком» отца сказал:
– Надо его ко мне в комнату. Спрячем пока в шкафу. Ещё один компьютер в доме мама не потерпит.
Думая о вчерашней своей покупке, Даниэль выбрал протагониста. Его любимым персонажем был солдат с видом ботаника. Возможно, что такое ощущение складывалось из-за очков. Для 1994 года-года своего выпуска, «Нулевая толерантность» была прорывом. Она была чуть ли не единственной игрой для платформы «Сега», где была такая продвинутая графика. Всё действие происходит от первого лица и вскоре Даниэль перешёл на другой, более сложный уровень, где его персонаж стрелял уже не в людей, а в космических пришельцев, населявших лабиринты станции, затерянной где-то во вселенной. Кровь его врагов живописно раскрашивала стены и это была одна из фишек этого шутера. Также как и бросавшиеся на «ботаника» крабы. Вместе с очарованием этой игрой в Даниэле было и другое более сильное чувство-понимание несовершенства её и эта досадная пикселизация, делающая картинку нечёткой. Уничтожив очередного злобного краба, приближавшегося по потолку к «ботанику», Даниэль выключил телевизор и игру. На часах висевших на стене домика на дереве было уже 10:30. Время за игрой всегда пролетало незаметно. Но для него это была не просто игра. В первую очередь, Даниэль, изучая игровую механику чужих игр, искал вдохновение для своих собственных проектов. Быстро заправив постель, он услышал лай Нелли во дворе. Нелли была маленькой чёрно-белой беспородистой собачкой, которую он подобрал возле супермаркета «Уилмарт» около полугода назад. Тогда она была весьма жалкого вида существом со свалявшейся шерстью-попрошайничающая еду у посетителей магазина. Теперь же, бегая по травке в саду Даниэля, она ловила бабочек и была вполне себе счастлива от жизни. У неё была даже своя собственная будка, под которую она зарывала косточки. В какой-то момент она стала лаять ещё сильнее и Даниэль высунув голову из домика и смотря вниз крикнул:
– Нелли, тише девочка.
По верёвочной лестнице мальчик спустился вниз и погладив ловившую свой хвост Нелли вошёл в дом. Сменив ночную пижаму на джинсы и белую футболку, он поднялся на второй этаж и зашёл в свою комнату.
