Дружинники должны были иметь прокорм и современное для того времени вооружение. Поэтому экономическая и технологическая составляющая для обороны славян также была исключительно важны. Искусство славянских вооруженцев потрясает. Мечи делались такими, что стоили они на внешних рынках очень дорого. Именно славяне научились делать кольчугу, которая не стесняла движений. Сами же дружинники на культуру славян никакого влияния не оказывали. Во-первых потому, что сами были родственны славянам, да и быстро ассимилировались. От поколения к поколению привлекая к воинской службе славянскую молодежь, дружины и сами потомственные князья становились славянами. Тем не менее, отдельные имена князей галльского и германского происхождения ещё долго звучали в военных сводках того времени.
Отсюда и записи римских хронистов о Маркоманах (людей пограничья), Лангобардах (длиннобородых), Бургундах и т.д. Чисто германо-скандинавское значение этих слов у меня тоже вызывает сомнение. Границу метят, как известно. Её можно маркировать (марка, помарка, марать). Борода (брада, бард). Ман – очень древнее арийское слово. Означало человек. Славяне им вполне могли пользоваться. Также и "лон-" – длинный, долгий. Отсюда – наклон. Как это звучало у славян в те древние времена, как себя называли князья, как и почему записывали это римские хронисты, как переводилось и интерпретировалось западными монахами-историками и нашими подпевалами мне не известно. Действительно, спрашивается, как возникли этнонимы "маркоманы" и "лонгобарды". Не были ли они сначала названными "людьми пограничья" и "длиннобородыми" римлянами на латинском языке – "margo mundus" и "longus barbatus". А затем германскими переводчиками переведены как "Markomanen" и "Langobarden"?
Как это происходило на практике, мы видим и на опыте России. Барклай-де-Толли. Шотландец. Блестяще организовавший маневры Русской армии в триста тысяч человек против шестисоттысячной армии Наполеона, что позволило остановить агрессора, бодро шагающего по полям России горланя Марсельезу. Если бы мы не знали в этой части своей истории и ссылались на зарубежную, можно было бы полагать, что Наполеон в России воевал против Шотландии, да и сама Россия – это Шотландия.
Напряжение экономики протославянских государств требовало ускорения её развития. Понятно, что чтобы сделать меч нужно железо, для него руда, древесный уголь, инструменты. Развивалось шорное дело. Коневодство. Нужно было готовит кадры, значит, нужны были центры обмена опытом. Всё это должно было перемещаться по всей славянской территории. Всё это приобретает характер товара. Развивается товарообмен и торговля. Возникают центры торговли и ремесла – города. Для перемещения товаров широко применяются торговые пути, в том числе и по Балтийскому морю. Возникает кораблестроение и профессия моряка – варяга. Они делятся естественным образом на торговых, военных и, естественно, бандитско-пиратских. И ничего не мешало одним становиться другими. Отдельные племена на этом и специализируются. Мощь обороны славян стала такой, что уже Римская империя вынуждена была защищаться, от страха строя циклопические стены и крепости по своим границам.
Мало того, военная, экономическая, и политическая мощь славянских народов становится настолько большой, что начинает чувствоваться излишек военной силы. Некоторые ватаги дружинников, которые глубоко презирали любой труд, кроме как мечём помахать, не находя себе применения и полагая своё содержание убогим, собираются в стаи и уходят искать князю славы а себе чести. Они уже давно ославянились, говорили на языке славян. Так же как Рюрик относил себя и свою дружину к Русам, так эти искатели славы относили себя к Готам. И не важно, что их конунга-князя звали Фили– мер. Быстрее всего это славянское имя. Оно быстрее похоже на Ратибор, чем скандинавские Улоф, Урхо и т.п. Не исключено, что предки Филимера были с острова Готланд. Не исключено, что часть дружины была германцами. Но все это для романистов. Исторической сути дела это не меняет.
