Они заплатили – в ту ночь не было жалко нисколько – и вошли. На танцполе было тесно, мужчины разных возрастов танцевали раскованно и с душой. Тома и Сима направились к бару, а Саша и Полина – в туалет. Здесь он был общим для всех.
Перед зеркалом стояла высокая девушка с нежно-розовыми волосами до пояса. На ней была серебристая кожаная куртка с бахромой, эполетами и цепочками. Она пристально рассматривала свой макияж с драматичными стрелками и яркими скулами. Наверное, хотела что-то стереть. Вдруг девушка обернулась и сказала низким голосом:
– Да ладно. Ты Саша, а ты Полина, правильно?
Саша и Полина кивнули и переглянулись. У них точно не было такой знакомой.
– Я Тимур, приходил к вам смотреть комнату.
Первой нашлась Саша:
– Офигеть! Привет!
– Тимур, ты извини, что с комнатой так получилось… – начала Полина.
– Ой, ничего страшного, – сказал Тимур, нанося хайлайтер на галочку над верхней губой. – Я все равно передумал переезжать. Хозяева квартиры, где я живу, решили сделать мне скидку. Не захотели терять жильца, который может все починить. Вы как здесь оказались?
– Сегодня моя финальная вечеринка в Москве, – сказала Саша. – Сначала мы были в баре, потом в кафе, а теперь вот здесь. Нас привела моя подруга, без понятия, откуда она знает про это место.
Тимур улыбнулся и застегнул косметичку:
– Мне пора. Вы тоже тут не задерживайтесь. Скоро начнется шоу, будет весело.
Саша и Полина взяли два белых русских, нашли Тому и Симу в толпе, а потом все началось. Сцену осветил прожектор, и невидимый голос объявил:
– Если кто-то вам скажет, что идеальных женщин не бывает, покажите этому глупому человеку ее фотографию. Наша ведущая, ее величество Тереза Ласт!
Толпа захлопала, завизжала, и на сцену вышел Тимур.
– Ну здравствуйте, негодники. Думала, приходить к вам сегодня или нет, потом все-таки решила, ладно, приду. Все равно вибратор сломался, и дома нечего делать. Шутка, господа! Я скучала по вам, по вас, как там правильно, да похуй. Короче, целую неделю скучала и теперь очень рада всех видеть!
Заиграла музыкальная перебивка, раздались аплодисменты и одобрительный свист. Тома сказала:
– Тереза классная.
– Его зовут Тимур, – ответила Полина. – Он приходил смотреть Сашину комнату.
Тома округлила глаза и подняла большой палец вверх.
Тереза объявляла других див: Софию Юпитер, Карину Корицу, Антонину Лайт, Жозефину (почему-то без фамилии), Линдси Локон. Они пели голосами известных певиц, танцевали с накачанными мужчинами, шутили шутки, над которыми после трех крепких коктейлей хотелось смеяться во весь голос.
Тереза снова взяла слово:
– Сегодня в этом клубе две мои подруги. Ну как подруги. Мы виделись один раз, но мне они сразу понравились. Пригласим их на сцену?
Танцпол зашумел. Саша и Полина переглянулись.
– Саш, Полин, выходите! Не прячьтесь там за барной стойкой, а то спущусь и побью сумочкой с шипами.
Вышли. Тереза поправила воротник на Полининой рубашке и продолжила:
– Саша улетает учиться в Швейцарию, молодец девка, скажите.
Публика уважительно похлопала.
– Сегодня ее прощальная…
Саша что-то шепнула Терезе.
– Извини, дорогая. Не прощальная, финальная вечеринка в Москве. Поэтому сейчас мы будем петь! Леопольд, будь любезен, принеси нам еще два микрофона.
Танцор в портупее вынес два серебристых микрофона со стразами. Тереза тихо сказала Саше и Полине:
– Хотите – просто открывайте рот, хотите – пойте или кричите. Микрофоны ненастоящие, ничего не будет слышно.
Заиграла знакомая мелодия. Саша и Полина собирались вежливо пооткрывать рот, но сцена, энергия Терезы и зрителей все изменили. Они прыгали, держались за руки и орали в припевах, что никогда и никому друг друга не отдадут.
Когда подруги вышли из клуба, на улице было светло. Тома и Сима уехали на такси. Полина открыла Гугл-карты:
– До дома пять с половиной километров. Может, пойдем пешком?
– Давай. Дождя нет, да и спать теперь не хочется.
По пути они говорили, молчали, смеялись. Зашли в лифт, и Саша зевнула. Полина – тоже, практически сразу. В прихожей они пожелали друг другу спокойного утра и разошлись по комнатам.
После позднего завтрака Саша уехала к родителям с последними вещами в спортивной сумке. Вечером приехал Гордей, привез перемотанные скотчем коробки и рыжего Пирата. Еще через два дня Саша улетела в Цюрих.
Полина написала: «Ну что, звоню?»
Через две песни в плейлисте пришел ответ: «Да!»
На мониторе сначала появился кружок загрузки, а потом – Саша в новых очках и с новой стрижкой. Это было какое-то хитрое каре, которое ей очень шло.
– Ого-о-о!
– Что такое?
– Я про стрижку твою модную.
– А-а-а… Ты не видела? Я подстриглась пару месяцев назад, решила, ну их, эти длинные кудри. Наверное, скоро опять пойду в салон, подправлю форму.
Саша протянула руку за пределы кадра. Она взяла широкий винный бокал с прозрачной жидкостью, торжественно приподняла его и сделала глоток.
– Что пьешь?
– Воду. Так эффектнее и даже будто бы вкуснее. Пижоню, короче. Рассказывай, как дела? Как учеба?
