- Что-о-о? - прохрипела она. - Заявление? И ты позволишь?! - резко подаваясь вперед. - Дочка, ты позволишь какому-то ушлагану разрушить твою семью? Оклеветать Сергея? Да он же заменил тебе родного отца… Мы больше десяти лет жили под одной крышей! И ты так спокойно говоришь про заявление! Я уверена, Сергей действовал исключительно ради твоего блага, пытаясь защитить тебя…
«Оклеветать» Сергея.
Заменил тебе отца….
Защитить тебя.
От ее слов, грудь будто ржавой наждачкой рассекло….
Я-то наивно надеялась хоть на какое-то понимание.
- Роза, ты обязана сегодня же поговорить с Максимом! Убеди его! Дочка… - она порывисто потянулась к моей руке, однако я непроизвольно ее одернула.
- Не могу, мам. Я с ним. И поддержу любое его решение, - отрезала я.
Несмотря на болезненность и противоречивость ситуации, я ощущала себя сильной, как никогда.
И дело не в каком-то маниакальном желании отомстить отчиму. Вовсе нет. Я просто понимала, что это не моя битва. Единственное, что я могла сделать - не вмешиваться. Думаю, Леднёв сам в состоянии решить, как ему поступить…
- А как же Антошка? Почему ты не думаешь о нем? Неужели ты не понимаешь, что его отец - герой, который ценой собственной жизни обезвредил опасного преступника, может после выздоровления остаться на улице? И это далеко не все, что ему светит только потому, что он хотел обезопасить тебя…
- Почему же Сергей сам не думал о своем сыне, когда подставлял моего парня? Почему он не думал обо мне - своей «дочери», когда отправил на всё лето подальше от Леднёва? Он взрослый человек, мам. У него есть своя голова на плечах. Уж как-нибудь разберется.
- Но Игорь же просто его развел! Обманул, воспользовавшись Серёжиной добротой! Роза, неужели ты не понимаешь?
- Вспомни, как давно Сергей мечтал о повышении? Ты ни раз говорила, что у Олейника-старшего имеются выходы наверх. И эти ваши бесконечные застолья… - многозначительно хмыкнув, - Полагаю, отчим влез во всю эту грязь не просто так, - я опустошенно выдохнула. - В любом случае, ему теперь нести ответственность, - подвела черту я, поднимаясь из-за стола.
- До чего же этот юноша запудрил тебе мозги! Роза, я тебя не узнаю! Неужели ради него ты готова пойти против семьи?
Неужели она до сих пор так ничего и не поняла…
- Мы с этим, как ты выразилась, юношей в ближайшее время съедемся. А ещё планируем пожениться. Теперь он - моя семья, и я всё ещё не теряю надежды, что мои родственники больше не будут вставлять нам палки в колеса.
Не дожидаясь ее ответа, я поспешила на звонок телефона в моей комнате, прочитав на дисплее имя отца Игоря. Только разборок с ним не хватало для полного счастья.
- Здравствуй, Розочка, - с наигранной теплотой обратился ко мне Олейник-старший.
- Здравствуйте, дядя Вова, - поздоровалась я, и, заметив маму в проеме, переключила разговор на громкую связь - ей явно будет полезно послушать.
- Роза, милая, случилось небольшое недоразумение… - своим привычно поставленным голосом начал он. - Ты ведь знаешь, что мой сын был влюблен в тебя с детства… А мужчины, порой, способны на такие глупости из-за своей неразделенной любви….
- Действительно, оклеветать, усадив за решетку, а потом заказать нападение - какие глупости, Владимир Александрович! - я истерично хмыкнула, честно признаюсь, упиваясь неловкой паузой на том конце.
- Роза, наши семьи сто лет дружат… Не думаю, что…
- Да причем здесь это, если ваш сын поступил хуже преступников, которых вы защищаете! Он поступил как моральный урод! По его прихоти жестоко избили невиновного человека! И, правильно, что он уезжает - в противном случае запись с его признательными показаниями попадет во все СМИ! Владимир Александрович, представляете, что тогда будет? - зло рассмеялась я, выдерживая пристальный, пугающе безжизненный мамин взгляд.
- Как раз об этом я и хотел поговорить, милая, - внезапно ледяным тоном.
- В суде мне не составит труда доказать, что Сергей манипулировал моим сыном. Вряд ли ты допустишь, чтобы твой отчим присел за шантаж и подстрекательство подростка с неустойчивой психикой? - загробный смех, - А я обещаю, что устрою ему это, если гребанная запись хоть куда-то просочится. Роза, ты меня поняла? - даже не скрывая угрозы.
От маминого выражения лица мне физически стало больно. Она закусила губу, на длинных ресницах повисли прозрачные, как роса, слёзы.
А вот тебе и ваш ненагляднейший друг семьи! Эх, мама-мама.…
- Хорошо, устраивайте! Мы с Максимом и Славой Морозовым уже подъезжаем к отделению. Увы, Игорь не успеет улететь! «Отдохнет» немного за решеткой, пока вы будете его отмазывать… - и я решительно сбросила вызов, широко, до боли в уголках губ, дьявольски улыбаясь.
Выкусите!
Уверена, что Игорь, который, наверняка, это слышал, сейчас затрясся от страха…
- Роза…. Ты что творишь?! - прохрипела мама помертвевшим голосом. - Это же Вова! Неужели ты не понимаешь, на что он способен? - истерично всхлипывая и пытаясь вырвать у меня вновь зазвонивший телефон.
