Я вышел из спорткомплекса, тяжело хлопнув дверью, и, засунув руки в карманы толстовки, на автомате двинулся вперед.
Каждый шаг отдавался ноющей болью в перетруженных мышцах, но я продолжал идти, механически переставляя ноги.
В голове звенели мамины слова, её вечное недовольство, ее требовательный тон, помноженный на откровенное пренебрежение…
Но сейчас я не чувствовал даже злости - только бесконечную усталость и пустоту.
Мой мотоцикл особняком стоял на парковке. Закинув ногу через седло, я привычным движением включил зажигание. Мотор взревел, но даже этот мощный вибрирующий звук не смог разбудить во мне никаких эмоций.
Первые капли дождя застучали по шлему, когда я тронулся с места. Глаза невольно слезились от ветра….
Последние две недели сентября выдались очень насыщенными.
Я полностью погрузилась в работу профкома Политеха: нужно было организовать сбор заявок на участие в конкурсе талантов, помочь с подготовкой дня рождения университета и разобрать кучу документов.
Иногда я даже не успевала нормально поесть, перекусывая бутербродами между парами и собраниями. Но больше всего времени у нас с Валей заняла координация волонтёров для традиционного субботника. Зато в итоге всё прошло гладко, и даже зам ректора нас похвалил.
А ещё я сознательно избегала футбольных матчей.
После того эпичного интервью одна мысль о чем-то подобном вызывала у меня противный холодок между лопатками, поэтому я договорилась с Ксюшей, другой моей коллегой, что она возьмет на себя взаимодействие с футбольной командой, а я взамен проведу ещё хоть с десяток субботников…
К слову, наши спортсмены продолжали уверенно идти вперед, разгромив даже триумфаторов прошлого сезона - команду МГУ.
После той победы футболисты превратились в университетских богов.
Они ходили по коридорам в окружении восторженных поклонниц: девчонки буквально в очередь выстраивались, чтобы просто постоять с ними рядом. Некоторые фанатки даже «дежурили» возле спортзала, делая вид, что «случайно» по сто раз проходят мимо….
Леднёв же стал неотъемлемой частью этой шумной самодовольной тусовки.
По иронии судьбы, теперь царствовал Максим.
Его королевство разрослось до размеров всего университета, а остальные парни из команды аки верные оруженосцы, следовали за своим предводителем по пятам.
Я же оставалась той, которую когда-то свергли…
Стараясь не реагировать, я делала вид, что мне всё равно.
Кстати, это было не так уж трудно, потому что, взяв официальное освобождение от физкультуры, я попросту не появлялась в спорткомплексе.
Однако сегодня действие моей справки истекло. Увы и ах.
Откровенно говоря, я надеялась, что Чекушина давно забыла о том моем нелепом падении с козла, и мы больше не будем к этому возвращаться. Тем более, почти все занятие мы с девчонками играли в волейбол, разделившись на две команды.
Наивная.
Минут за десять до конца преподавательница объявила, что пара закончена, отметив всех присутствующих. Дойдя до моей фамилии, она задержала на мне свой цепкий взгляд, и, что-то отметив в блокноте, попросила меня остаться.
- Ну, начинается… - сочувственно шепнула мне Аня, хоть я и так понимала, что ситуация принимает весьма тревожный оборот.
* * *
- Юлия Николаевна, вы просили меня задержаться? - подчеркнуто дружелюбно начала я, нагоняя преподавательницу около раздевалок.
- Леднёва, у тебя пропущено шесть нормативов, - Чекушина тыкнула карандашом в журнал, - До конца семестра нужно все сдать. В холле указаны дни пересдач, - озвучила она, сквозь зубы.
- У меня же было освобождение? - я вопросительно вскинула бровь, всё ещё надеясь, что это шутка.
Чекушина посмотрела на меня чуть ли не с презрением.
- Да, поэтому тебя и не было на занятиях, но освобождение закончилось. Я ставлю зачет только тем, у кого сданы все нормативы, - преподавательница резко захлопнула журнал, - Можешь, кстати, начать прямо сейчас - я ещё какое-то время здесь побуду, - с важностью добавила она.
- Ну, хорошо, - стараясь держаться спокойно.
- Тогда потренируйся пока в соседнем зале. Начнем с опорных прыжков…
С опорных прыжков! Будь они трижды неладны….
Почувствовав, как по спине бегут мурашки, я вошла в большой зал, едва не застонав, стоило обнаружить там футбольную команду в полном составе.
- Роза, привет! - помахал мне Слава Морозов.
Кивнув ему, я покосилась в сторону ненавистного козла, и речь в данном случае была даже не о моем бывшем парне.
Ощущая ватную слабость во всем теле, я остановилась около спортивного снаряда, понятия не имея, что делать. Один его вид внушал мне какой-то неконтролируемый животный ужас.
После прошлого падения совершенно не хотелось больше никаких экспериментов, а, учитывая, что поблизости снова ошивался Леднёв, тем более.
Прислонившись к снаряду спиной, я засунула нос в телефон, но на самом деле таращилась вниз на старые «уставшие» маты, лихорадочно соображая, как сдать этот норматив.
- Ну, что, Леднёва, потренировалась? Готова сдавать?! Попробуем взять сразу три высоты! - с деланным дружелюбием начала Чекушина, останавливаясь в паре метров от меня.
