– Он запретил. Не хотел, чтобы ты знала и переживала. Решил, что сам справится, – грустно сказал Панкратов.
После этого разговора она была зла на мужа, как никогда раньше. Ей хотелось на него заорать и узнать, почему он решил подвергать свою жизнь опасности из-за какого-то автосервиса. Она ехала в больницу раздражённая, вся в своих мыслях и с решительным настроем вывести мужа на чистую воду. Она долго не могла найти парковочное место. Наконец, оставив машину где-то во дворах, Нина Петровна быстро пошла к главному входу больницы. Она приехала раньше, чем нужно, и её попросили подождать у двери кардиологического отделения. Вдруг из неё вышел человек. Он почему-то запомнился ей: высокого роста, худой, впалые щеки и большие зелёные глаза. Мужчина что-то спрятал во внутренний карман чёрной куртки, и, когда он вытащил руку, она заметила, что рукав его был немного грязным. Мужчина спокойно посмотрел на неё и пошёл дальше по коридору. Нина Петровна подождала ещё минут десять и решила попытаться пройти. Как ни странно, ей никто не помешал. Кругом была суматоха: все врачи и медсестры бегали и кричали что-то про операционную. Она подошла к палате мужа, из неё выбежала медсестра и не дала ей зайти.
– Вам сюда нельзя, уйдите, – сказала резко медсестра.
– Там мой муж, что значит нельзя?!
– Мы готовим его к операции.
– Что это значит, он же стал чувствовать себя лучше, – сказала, ничего не понимая, Нина Петровна и, попятившись назад, облокотилась спиной о стену.
Но, увидев лечащего врача, она тут же подскочила и обратилась к нему:
– Вы же сказали, что всё прошло! Что он поправляется!
– Здесь другое, – ответил врач раздражённо.
– Что другое?! – практически закричала Нина Петровна.
Из палаты стали вывозить каталку с мужем. Она увидела его глаза: они были приоткрыты и абсолютно пустые, словно он был без сознания. На животе у него была кровь. Она побежала за каталкой, но медсестра снова ей грубо сказала:
– Вам сюда нельзя!
Нина Петровна, не зная, куда себя деть, и что происходит, подошла к окну и стала рассматривать машины на парковке.
«Неужели всё из-за вас? Куски металла! Чтоб вам провалиться!» – подумала она о разговоре с Панкратовым про их автосервис.
Проведя несколько часов в приёмном отделении, она сотни раз прокрутила мысль про кровь, рот у неё постоянно пересыхал, и она несколько раз ходила попить воды. Наконец, вышел врач, и ей хватило одного взгляда, чтобы понять, что всё плохо. Она упала в обморок. Через несколько минут медсестра, что сидела на посту, привела её в чувство. Нине Петровне повезло упасть на пакеты с передачами, что собирали для больных, иначе она разбила бы голову о кафельный пол в черно-белую шашечку.
– Что с ним? Где мой муж? – придя в себя, сразу спросила Нина Петровна.
– Сначала вам нужно подняться, и мы поговорим, – ответил мужчина.
– Говорите сейчас, я в сознании, – сказала она, немного приподнявшись.
– К сожалению, нам не удалось его спасти. Примите мои соболезнования, – произнёс сочувственно врач.
Нина Петровна заплакала и прижалась к холодному железному стулу.
– Встаньте с пола, присядьте, – успокаивал её врач и старался помочь ей приподняться.
– Не трогайте меня! Вы сказали, всё с ним будет хорошо. Нужен только хороший уход и отдых. Вы сказали вчера, что он поправится! – закричала она.
– Тут совсем другое, – тихо произнес мужчина.
– Что такое другое?! – продолжала она кричать.
– Его убили, – прошептал врач.
– Что? – переспросила она почему-то тоже шепотом.
– Милицию уже вызвали. Они скоро будут. Кто-то пырнул его в живот шилом. Он пролежал так недолго, но мы всё равно опоздали, – сказал врач, присев на стул.
– Вы нашли того, кто это сделал? – спросила Нина Петровна.
– Нет, – ответил ей врач и с досадой покачал головой.
Почему-то первая мысль, что у неё проскочила, была о том, что это сделал тот зеленоглазый мужчина, который прятал что-то во внутренний карман. Приехала милиция, а через некоторое время и следователь, им оказался знакомый ей Иван Малюткин. Он увидел Нину Петровну, сидящую скрючившись на стуле, и сразу узнал. Но только после того как всё осмотрел и всех опросил, подошел к ней и сказал:
– Примите мои соболезнования.
Она ничего не ответила.
– Вы знаете, что произошло с вашим мужем? – спросил он.
– Да, доктор сказал, его убили, – с трудом выговорила Нина Петровна.
– Вы знаете, кто мог это сделать? – продолжил спрашивать следователь.
– Нет, не знаю. Спросите его друга Виталия Панкратова. Он ему рассказывал намного больше, чем мне. Он может что-то знать, – ответила она грубо.
Малюткин записал имя в небольшую тетрадку.
– Спасибо. Я вам так сочувствую, держитесь. Он был отличным следователем. Его все уважали, до сих пор его вспоминают, восхищаются его умом. Простите, если я вам что не так сказал. Поезжайте домой, – вспоминая, Малюткин негодовал и, кажется, сам не верил, что всё так кончилось для его бывшего коллеги.
– Я хочу его увидеть, – произнесла тихо Нина Петровна.
