- Ну, мы стали ходить к нему каждый вечер, а сегодня он сказал, что клиент дозрел. Вот и все.
- Почему именно сегодня?
- Сегодня на авеню Монтень убили Жака, - произнесла Цыганка.
Она не испытывала ни горя, ни страха, только тошноту.
- Ладно, я понял. Альбан, - позвал он, - уходим.
Тот подошел, толкая перед собой второго парня.
- Что вы знали об этой женщине, когда шли сюда? - спросил Гю.
Никто не ответил. Гю вытащил свой «кольт». Летурнер посмотрел и понял, что этот немолодой человек, одетый, как клошар, опаснее всех, кого он встречал в жизни.
- Только то, что она боится и не станет заявлять в легавым.
«Мне больше нечего делать в этой стране, - подумал Гю. - Не хотите, чтобы на вас заявляли легавым - вкалывайте на заводе «Ситроен». А для настоящих блатных есть банки, инкассаторские фургоны, ювелирные магазины. Надо только иметь мужество».
- Выверните карманы и высыпьте все на кровать, - велел он.
Они подчинились. Было четыре часа утра, через час рассветет. Среди вываленных на кровать предметов оказались и ключи от машины.
- Возьмите их, - сказал Гю. - Ваша тачка четырехместная?
- Это «аронда», - сказал Летурнер.
Тот, что выплюнул зубы, молчал. «Этот покруче - подумал Гю. - Поэтому Джо Риччи ему доверяет больше».
Он чтото шепнул на ухо Цыганке. Она открыла глубокий ящик старинного комода и протянула Гю пару перчаток. Они вышли через парадную дверь. Спускаясь по ступенькам крыльца, Альбан надел перчатки. Машина стояла в двух сотнях метров от дома. У дверцы Гю потребовал ключи и дал их Альбану.
- Садитесь назад, - приказал он парням.
- Куда мы едем? - испугался Летурнер.
- К Джо, - ответил Гю. - У него вилла на Вокрессокском шоссе.
Альбан сел за руль, Гю, с пистолетом в руке, рядом с ним, полуобернувшись назад. Альбан чувствовал себя помолодевшим лет на пятнадцать.
Скоро «аронда» достигла вершины холма СенКлу, миновала перекресток МарнлаКокетт. На спуске он сбавил скорость. Дальше дорога снова шла в гору, прямо через лес.
- Поднажми, подъезжаем, - сказал Гю.
Альбан добавил газу. Гю всадил две пули в голову Анри Летурнера, а остаток магазина - во второго налетчика. Летурнер, с удивлением на лице, рухнул вперед. Второй вытянул руки, словно хотел остановить пули, и остался на сиденье. Альбан даже глазом не моргнул.
- Они бы рассказали обо мне Риччи, - просто сказал Гю. - Поверни направо, в лесок.
Альбан повернул чуть дальше и остановил машину под деревом. Бросив ее, они дошли до национальной автострады пешком.
- Я велел Цыганке ехать за нами, - пояснил Гю. Скоро подъехала малолитражка, и они вернулись в Париж.
Всю дорогу Цыганка ничего не спрашивала, Гю хранил молчание - собирался с мыслями. Кожа на его лице натянулась от усталости; идя к Цыганке, он надеялся спокойно отдохнуть от перипетий побега, но теперь в лесу осталась «аронда» с двумя трупами.
Закрыв двери, Цыганка и Альбан обняли Гю. Он снял куртку, и среди роскоши салона показался особенно грязным.
- Это ужасно, но ты не можешь у меня остаться, - извинилась Цыганка. - Ночью убили Жака, в баре была уголовка. Скажу тебе сразу: дело ведет крутой тип. Его фамилия Бло. Комиссар Бло.
- Я о нем слышал, - ответил Гю.
В централе один парень сказал ему: «Если Бло сунул свой нос в дело, надо рвать когти. Хоть к черту на рога».
- Перед уходом он подарил нам газету.
Альбан достал ее из кармана, и Гю ознакомился с обведенной красным статьей, а потом рассказал, как бродил по авеню Монтень.
- Ты с какимто парнем вынес еще одного.
- С Жаком, - сказал Альбан.
- Вы были вместе? - обратился Гю к Цыганке.
Она пожала плечами:
- Знаешь, что он, что любой другой…
Гю посмотрел ей в глаза. Он очень давно любил Цыганку. Пожалуй, с того дня, как Поль их познакомил. Гю был куда менее видным кавалером, чем мужики, крутившиеся вокруг нее, но в его присутствии она ощущала себя в полной безопасности. Однако, пока был жив Поль, ни о каком романе между ними не могло быть и речи.
Сейчас Поля не было, а Цыганке была жизненно необходима безопасность. Вот что Гю почувствовал в этом обмене взглядами. Но большая часть жизни прошла, а побег из тюрьмы строгого режима, где мотаешь пожизненный срок, выбивает тебя из колеи. Молчание затягивалось.
- Надо уехать прямо сейчас, - посоветовал Альбан. - Я поселю тебя у моего кузена. Мы принесем тебе шмотки и новости.
- Я собираюсь уйти за границу, - сказал Гю. - В Италию. У меня там есть кореш. Иначе сдохну в централе. Кроме того, в нашей среде все слишком переменилось. Мне это не нравится.
По лицу Цыганки пробежала тень.
- Мы тебе поможем, - пообещала она. - Ты сможешь уплыть из Марселя. Наберись терпения, мы с тобой.
Она осмотрела его с головы до ног.
- Ты здесь! Не могу поверить. Сколько же тебе пришлось пережить.
Гю охватила слабость; ему захотелось здесь остаться и никуда не уезжать, а лежать рядом с Цыганкой, растворившись в роскоши этого дома. Он почувствовал, что Альбан поддерживает его. Начинался серый влажный день. Идя от крыльца к машине, Гю мысленно поздоровался с этим начинающимся новым днем на воле.
Глава 2
Бло снял телефонную трубку.
