- Извини Эл за то, что я самостоятельно ушла из собственного замка и не пошла к тебе докладывать о своем опрометчивом шаге. Я же забыла, что не имею ни чувств ни собственных решений, забыла, что должна докладывать обо всем, что происходит. Я же не имею права принимать решения, я так – игрушка в умелых руках, - с каждым ее словом я бледнел. Каждое ее слово впивалось в мое сердце, как самые острые камни, раздирая меня в кровь. Я сглотнул и сипло выдавил.
- Прости, я не думал, что тебе так не приятна моя забота, - развернулся я пошел прочь. Ее слова очень больно ранили меня, поэтому мне не хотелось никого видеть. Лай проводил меня долгим взглядом, а потом, схватив ее за руку, заорал:
- Ты что себе позволяешь?! Он печется о тебе, переживает, а ты обращаешься с ним как.. как.. Я даже не знаю, какое слово лучше подобрать!!! Как только тебе не стыдно! Мне вот стыдно за тебя, причем очень сильно! – эти слова заставили меня застыть за углом и прислушаться. Нет, я не хотел подслушивать, но я отчетливо понимал, что сейчас что-то будет. И оно не заставило себя ждать.
- А я свободный человек, и делаю то, что хочу! Моей жизни это не грозит, а значит, вам не зачем переживать! Значит, стыдно тебе за меня, да? Может, ты еще скажешь, что лучше бы у тебя и сестры такой не было? А? – Лай побагровел и вдруг выдал такое, что я чуть не сел.
- Да! Лучше бы не было! – и тут же побледнел. Из-за угла я увидел, как испугано отпрянул Лай, как в глазах Иссы прошла буря. В ее глаза было не возможно смотреть, столько там появилось боли. По ее щекам прокатились несколько слезинок, а потом тихо вымолвила.
- Хорошо… Раз я теперь тебе не нужна, то пусть будет так. Я пройду испытания, получу власть и уеду. Одна! – а потом промчалась к дворцу. Я тихо выдохнул с ужасом понимая, что сейчас произошло. Зачем он полез к ней за разъяснениями? Как теперь все исправить? Что теперь делать?!
Ко мне подошел Лай и отстраненно сел рядом, а потом прошептал:
- Что я наделал? Вообще, что это со мной было? Чего я так взъярился? Как мне теперь быть?! – хрипло выдавил он, качаясь из стороны сторону.
- Все будет хорошо, вы помиритесь, - Лай взглянула на меня, как на сумасшедшего.
- Эл, ты не понимаешь? Я же прилюдно заявил, что она мне не нужна, и что я ее стыжусь! Понимаешь? – а потом уронил голову на колени. Я обнял его за плечи и встряхнул.
- Хватит! Исса умная и добрая девушка, она простит тебя! Пойми, тем, что ты сейчас делаешь, ты никому не поможешь!
- Да… Ты прав… - Лай поднялся и побрел к замку, и я остался один. Все мы наворотили дел, и что теперь делать? Да, Исса была неправа, но ее слова были слишком больны для каждого. А мы в ответ обидели ее.
Надо пойти и найти ее. Нет, не поговорить… Просто увидеть. Это надо, необходимо.
Поднявшись, я поспешил к замку. Понимая, что дверь будет заперта, навесил заклинание невидимости и левитации, а потом взмыл вверх. Дверь на балкон была заперта, но не занавешена заклинанием, поэтому мне не стоило труда ее отпереть. Зайдя в комнату, я застыл. Исса лежала на кровати и спала, но не это было главное, а то, как она стиснула мокрую подушку, как опухли ее глаза и покраснели веки. Исса лежала уткнувшись носом и спала, но сон ее был неспокойным. Это я понял быстро по ее странному дыханию и тихим стонам.
Я подошел и присел на краешек постели. Исса в очередной раз всхлипнув, метнула на постели. У нее дурной сон. Чем же ей помочь? Ответ пришел незамедлительно. И наклонившись к ней, я пропел:
Проснувшись утром, я поняла, что не хочу никуда идти. Не хочу видеть осуждение в глазах, не хочу слушать сухие приветствия, не хочу этого. Не хочу! Но надо. Сегодня третье испытание, и я должна на нем появиться.
« Ну, я же не обязана появиться на завтраке? Верно?», - проскользнула мысль, и я тут же за нее зацепилась. Значит, решено! На завтрак не пойду, а с испытанием покончу побыстрее, а потом ускачу в лес и просижу там до ночи.
И тут мне вспомнилась моя ночь. Сон, наполненный страхами, отчаянием и ужасами, он долго мучил меня, пока… Пока я не услышала чье-то тихое спокойное пение. К сожалению, я не помнила кто это был и что он пел, но… Но мне потом стало так легко и хорошо, что забылись все печали и страхи.
