-Если я сам этого не захочу. А я этого не захочу никогда.
-Почему?
-Потому что я буду любить тебя вечно, Аурунд..."
Ледяная бабочка поплыла. Начала оседать непонятным комом. Звонкая капель побежала меж пальцев Ратилы, расплываясь мокрым пятном по ковру.
Алые и золотые огоньки, прятавшиеся до этого в глубине статуэтки, вырвались на свободу, заплясали под потолком, а затем рванулись к окну, затерявшись высоко в небесах.
Кенниг тихо выдохнул: он до последнего боялся, что либо у него не хватит сейчас сил растопить артефакт, либо его уничтожение приведет только к худшим последствиям.
Неестественно голубые глаза Ратилы вспыхнули злостью:
-Ты!.. Ты!..
-Я сделал то, что должен, - пожал плечами мужчина.
Уж ее-то Кенниг совершенно не боялся. Если талант молодой ведьмы действительно связан с чувствами, то он уж точно может не волноваться. Чувства, переживания... Это все давно выгорело, оставив горький привкус пепла на губах.
И жалеть ведьму он уж точно не будет!
Девушка зло сжала губы и резко махнула рукой перед собой.
Винтара словно наотмашь по лицу ударили.
Кенниг задохнулся от нахлынувшей душевной боли.
Ведь была когда-то любовь. Была.
И похоже, она так и не остыла.
Иначе почему вслед за дикой тоской на водяного мага вдруг нахлынули воспоминания, много лет уже как похороненные?
***
Осень только вступала в свои права. По вечерам с севера дули холодные ветра, листья на деревьях начинали желтеть, а птицы перед закатом кричали так надрывно, что, казалось, душа выворачивалась наизнанку.
Кенниг тихо ругнулся через зубы и отвернулся от окна. Лучи догорающего солнца кровавыми потеками застывали на каменных стенах, а на сердце было почему-то тяжело и тошно.
Сейчас бы дождик какой-нибудь. Уже бы легче дышалось...
Аурунд уже почти год правила Ругеей. Сестра с легкостью смогла получить власть над лорд-манорством, старый правитель умер на плахе, его наследники погибли при взятии замка... Вроде бы был еще один сын, но он в горном лорд-манорстве пока не появлялся, а потому пока что можно было жить спокойно.
Но вот что-то грызло душу водяного колдуна. Он и сам не мог сказать, что не так, но ледяному магу все казалось, что где-то он свернул не туда, что-то сделал не так...
За спиной послышались легкие шаги.
-Госпожа Аурунд хочет тебя видеть, Винтар.
Кенниг обернулся: Селинт. Светлые волосы были заплетены в тугую косу, а в голубых глазах застывал лед.
-Что-то случилось?
Девушка пожала плечами: серебряная подвеска, блестевшая на зеленом платье, пустила солнечный зайчик:
-Не знаю. Госпожа очень часто не говорит мне о своих планах, не смотря на то, что я ее ученица и помощница. Ты - ее брат... Возможно, тебе она скажет больше?
Водяной колдун грустно усмехнулся. Брат... Скажет... Похоже, в последнее время между родственниками стало слишком много недомолвок...
...Аурунд ждала его в своей спальне. Коротким жестом прогнала служанку, протиравшую пыль, медленно подошла к брату, провела тыльной стороной ладони по его щеке:
-Ты в последнее время какой-то странный...
-Все в порядке, - мотнул головой он. - Душа что-то ноет, а так... Так все в порядке.
Она улыбнулась:
-Понимаю, - провела кончиками пальцев по его виску, долго вглядывалась в глаза мужчины, словно надеялась что-то в них прочитать... а затем, потянувшись к Винтару всем телом, припала к его губам...
Когда женщина отстранилась, ледяной маг все еще стоял неподвижно, уставившись неморгающим взглядом перед собой. Аурунд усмехнулась, потрепала Кеннига по щеке и шепнула:
-Иди за мной.
Подошла к стене, коснулась гладкого камня, и фальшивая перегородка медленно сдвинулась в сторону, открывая уводящий вглубь стены проход.
В потайном коридоре было темно, но женщина уверенно шла вперед, положив руку на локоть своему спутнику. Казалось, она уже много раз была здесь и не боялась оступиться.
Новый приказ последовал через несколько минут:
-Снимай печати.
Приказ был выполнен беспрекословно. Впрочем, собственной воли у колдуна сейчас не было: он больше походил на марионетку, идеально подчиняющуюся жестам кукловода.
Войдя в крохотную комнатку, женщина подхватила из колыбели мирно спящего младенца, и направилась к выходу, скомандовав на ходу Кеннигу:
-Поставь печати и иди за мной.
Оказавшись в своей спальне и убедившись, что потайной ход надежно закрыт, ведьма вновь повернулась к мужчине:
-Теперь займемся делами...
Новый поцелуй, и в протянутые руки покорного раба лег туго спеленутый сверток:
-Отвезешь подальше в лес, оставишь там и вернешься.
-Да, госпожа, - прошелестел безвольный голос.
-Ни с кем не разговаривай, ни во что не вмешивайся. Просто вывези, оставь там и возвращайся.
-Да, госпожа...
-Ну и что ты стоишь? - хмыкнула она. - Вперед!
...Он уехал из Бруна на закате. Всадник на вороном коне выехал навстречу заходящему солнцу и растаял в наступающих сумерках...
...Вернулся он уже перед рассветом. Тяжелые сапоги прогрохотали по коридору... Серый плащ был заляпан грязью, а прозрачно - голубые глаза не выражали ничего...
