Когда Потусторонний подключился к телу Настоящего, Лесной отстранился и выгнул шею.
— Марк, мы видели странное черное пятно в воздухе. Оно появилось прямо перед носом Лесного, сместилось и исчезло.
— Знаю. Это был я. Что со Змеем? Кажется, он не в духе.
— Он раздражен. И любопытен. Пытаюсь понять, что это означает.
— Мне можно двигаться?
— Думаю, да.
Марк осторожно поднялся на ноги, не отрывая глаз от замершего в опасной позе Лесного, и отряхнулся. Чудовище выжидало.
— Он не рад тебя видеть. Не знаю, как описать это иначе.
— Меня от Настоящего он различает без труда.
— Ты прав. Что будем делать? Идем дальше?
— У нас нет другого выбора. Нельзя допустить, чтобы Змей убил кого-нибудь из динзавийцев. К Вермардии!
Через пару часов Марк проехал мост, о котором говорил инструктор у позиций Службы Безопасности. Лесной преодолел реку вплавь.
— Значит и вода для него не преграда.
— Это еще легче чем двигаться под землей.
Потусторонний развернул машину, чтобы рассмотреть, оставляет ли Змей после себя волны. Как и ожидалось, поверхность воды выглядела совершенно спокойной.
— Помню, как называлась эта река. Кайна.
Марк развернул карту.
— Ты замечательно ориентируешься, Мэрон. Кайна не изменила своего названия с тех пор.
— Мы на территории бывшего Кардеула. Я хорошо помню родные земли. Когда-то мы с отцом побывали во всех городах, и посетили многие деревни.
— Ты, случаем, не помнишь, как его звали?
— Помню. Веленкал.
— Веленкал Вассер, чтоб тебя. Теперь все стало на свои места.
— Что ты имеешь в виду?
— Ты не просто гипотетический человек, заключенный в теле громадного Змея, а пропавший без вести пять сотен лет назад принц Мэрон Вассер. От того становится еще более жутко. Как такое могло произойти, Мэрон? Вспоминай!
— Извини, но я ничего не могу вспомнить. Я знаю, как жил до и после странного превращения. Это словно пятно в воспоминаниях. Понимаешь?
— Или запрет. Защита от чтения, — предположил Потусторонний.
— Что?
— Создатель Лесного — хитрый тип. Он позаботился о многих вещах. Ничего удивительного, если твоей памяти не достает куска, хранящего информацию, о которой никому не следует знать.
— Откуда такие мысли, Марк? Создатель? Он что, какой-то Бог?
Потусторонний усмехнулся.
— Предполагаю, что в каком-то смысле ты прав. Он — чертово божество. Высокие технологии для низко развитого общества будут казаться проявлением высших сил, магией… К черту демонов, если расклад такой, то узнать от тебя ничего не выйдет. Придется попытаться подключиться к Лесному.
— Подключиться? Марк, мне совсем не нравится то, что ты говоришь.
— Я хочу знать об Аномалии все. Так у меня появится шанс…
— Какой еще шанс? Ты хочешь попасть в эту реальность из Иной? Ты говоришь о чертах с демонами, так вот знай, что священники так называют потусторонних сущностей. То есть ты — тот самый демон? Один из тех, кем святые отцы пугают детей и многих взрослых?
К удивлению Марка, Мэрон усмехнулся.
— Так вот почему ты не по нраву Лесному, — добавил он, при этом даже через искаженный голос было слышно, что настроение принца сменилось с апатичного на веселое.
Не дожидаясь пока Мэрон успокоится, Потусторонний двинулся дальше по маршруту.
— Все это очень странно. Не ожидал, что настоящий демон будет обычным человеком, таинственным образом, очутившимся в «другой реальности», и пытающимся выбраться оттуда.
— Это не смешно.
— Почему же. Ты управляешь Настоящим Марком, пока тот восстанавливается. То есть в данный момент он одержим тобой, как описывают это священники. Все сходится.
— Нет никакого Бога, как и чертей. Моё междометие — это в каком-то смысле ирония по отношению к религии.
Мэрон впервые искренне рассмеялся, заражая своим смехом Марка.
— Конечно, кто бы сомневался! Демон будет отрицать правдивость священных писаний, ведь это в его интересах. Правда, говорят, что потусторонние сущности коварны и хитры, а ты напрямую говоришь о том, что хочешь вернуться… Хм… Я не помню, когда последний раз веселился. Это так непривычно.
— Хорошо, что тебе понравилось. Значит, ты не из тех, кто свято верит в Бога?
— Ты удивлен?
— В учебниках истории говорится, что раньше вера была очень распространена, её влияние трудно переоценить. Представители власти всегда поддерживали религию.
— Поддерживать — не значит верить. Верно? Вера нужна, чтобы дать надежду нуждающемуся. Чтобы сделать народ менее агрессивным и более покладистым.
Марка словно током ударило от того, как цинично говорил о такой щепетильной теме представитель древней «верхушки общества». Если так было тогда, то что же может происходить сейчас? Ведь религия, хоть и в гораздо меньшей степени, но все еще присутствует в странах.
— Власть от Бога… Мерзость. Тот, кто это придумал — настоящий гений.
— Действительно. Человеку свойственно размышлять о высших материях. Использовать это чрезвычайно выгодно… А ты, Демонический, разве не принадлежишь к «элите»?
