Превосходство Люка в этом аспекте должно было стать ключом к победе.
Однако юноша не собирался сражаться прямо сейчас. Вместо этого, он развернулся, и, применив Поступь Ветра, устремился прочь.
— Не дайте ему уйти! Кто принесет мне его голову, получит сто духовных камней! Если поймаете его живым, я тут же отдам этому человеку место главы клана!
Ненависть Дун Хэсаня к Люку в этот момент была настолько глубока, что он, не раздумывая, пообещал свое место тому, кто его поймает!
Когда люди услышали это, их глаза алчно заблестели. Почти все они тут же бросились в погоню.
Сам Хэсань, конечно же, тоже бросился за Люком.
Эспер, видя погоню… был доволен. Все шло по плану. Он намеренно использовал Поступь Ветра, пусть и с намерением легкости, чтобы не сильно оторваться от преследователей. Он вел их на восток — за город. Туда, где не было лишних свидетелей.
То, чего эспер не знал, что все время с момента выхода из академии за ним наблюдало еще несколько пар холодных глаз…
Хотя Люк использовал лишь Поступь Ветра, его скорость была слишком высока для преследователей. Даже практики середины ступени Измененной Крови не могли за ним угнаться.
В клане Дун не было никого, кто специализировался бы на скорости. Хотя награды были очень заманчивы, преследователям ничего не оставалось как молча проклинать Люка и сдаться.
Вскоре за парнем гнался лишь сам Дун Хэсань. Он, в отличие от остальных, не отстал. Более того, расстояние между ним и Люком постепенно сокращалось. Но лишь потому, что Люк сам позволил это! Эспер мог в любой момент переключится на Крыло Бури и успешно сбежать. Очевидно, это не входило в его планы.
Когда Люк и Дун Хэсань выбрались довольно далеко за город, а от остальных преследователей не осталось и следа, эспер вдруг резко остановился.
Дун Хэсань, который уже почти догнал его, немного удивился, но подумал, что Люк просто выбился из сил и принял свою судьбу.
— Не знаю, зачем ты сам пришел ко мне, но ты либо слишком смел, либо слишком глуп, — произнес он, останавливаясь в десятке метров от эспера. — В любом случае, теперь тебе не остается ничего, кроме как умереть! Но перед этим ответь: это ты убил моего сына? Если ты сознаешься, обещаю, твоя смерть будет быстрой!
— Какой смысл говорить об этом? Старший ведь уже решил меня убить, даже если это был не я. — спокойно произнес Люк, глядя прямо в глаза Хэсаню.
— Даже если это был не ты, ты был тем, кто убил моего брата!
— Откуда старший знает об этом? — тогда Люк не заметил никаких свидетелей. Было почти невозможно, что кто-то из семьи Сюэ сказал ему. Так откуда ему было знать? Люк считал, что Хэсань преследует его только из-за сына.
— Думаешь, сможешь скрыть свои злодеяния? — Дун Хэсань громко рассмеялся. — Хотя никто из моих людей не выжил, все еще был свидетель этого преступления! Я не знаю кто — он просто прислал мне письмо с описанием — но я искренне благодарен этому человеку! Благодаря ему, я смогу отомстить!
— И вы поверили этому письму? Старший не думает, что тот, кто отправил его, просто хочет устранить меня вашими руками?
Лицо Дун Хэсаня на мгновение омрачилось, у него самого были подобные мысли, но затем он резко мотнул головой и серьезно ответил: — Даже если это так, я не смогу спать спокойно пока ты жив. Так что не вини меня за грубость!
Услышав эти слова, Люк внезапно рассмеялся. Несмотря на то, что он принял решение изъять у Дун Хэсаня второй слой Пламени Ненависти, он все еще не был уверен в моральной составляющей этого действия. Однако теперь все его сомнения развеялись без следа.
— Раз ты готов убить постороннего человека только из-за подозрений, тогда моя совесть спокойна. — Люк больше не утруждал себя вежливостью. Его взгляд моментально стал жестоким. — Хочу даже сказать, что «старший» прав. Это я был тем, кто убил твоего пьяницу-брата. Твоего сына тоже убил я. Тебе следовало лучше следить за его воспитанием, чтобы он не ввязывался в сомнительные компании. Впрочем, о чем это я? «Старший» ведь тоже связан с подобными людьми. Дун Мо было у кого учиться…
— Убью! — глаза Дун Хэсаня мгновенно налились кровью, а сам он взревел. Все его тело, а также секира в руках покрылись густым кровавым светом. Это само собой активировалось Пламя Ненависти. Теперь, когда он получил подтверждение, что именно Люк убил его сына и брата, ненависть полностью затопила его разум. Он даже почти не контролировал себя.
В следующее мгновение Хэсань бросился на Люка, одновременно взмахнув секирой. Кровавый полумесяц, сорвавшийся с нее, не уступал по мощи даже некоторым атакам Лордов! Попади он в Люка, тот не выдержал бы и мгновения.
Люк, конечно, принимать атаку не стал. Перестав сдерживаться, он применил Крыло Бури.
Молнии засверкали под ногами парня, и он мгновенно ушел от кровавого полумесяца.
— Не уйдешь! — Хэсань совершил еще несколько взмахов секирой, каждый раз порождая кровавый полумесяц.
Десяток полумесяцев прорезали воздух, казалось, перекрывая Люку все пути отступления!
