Дмитрий Гаврилов
ОТМЕТИНА САТАНЫ (ЗОВ МАСТЕРА - 2)
(Сцена первая. Свет.)
... Экскурсовод продолжал, переводчик не отставал он него: "Весть о том, что Мартин Лютер, ученый монах, профессор богословия вывесил на дверях церкви в Вюртемберге свои девяносто пять тезисов, быстро достигла Рима. Папа обвинил в ереси дерзкого священника. И были посланы гонцы с грамотами Наместника Бога на земле, в которых его святейшество предал Лютера проклятию. Но где бы они не проезжали, в каком бы городе не останавливались - всюду подвергались глашатаи насмешкам и оскорблениям... Популярность Лютера так возросла, что Мартин без страха сжег папскую грамоту на костре и объявил самого Юлия еретиком."
Скептически настроенный рыжий, как Олег Попов, гражданин обернулся к Станиславу и насмешливо прошептал:
- Вот уж, набрался смелости. Маркс, кстати сказать, их великий соотечественник, назвал Лютера "княжеским холопом", и вообще...
- Еще тише, коллега! На вас уже оглядываются. Смотрите, не испортить бы вам международных отношений, - пошутил Станислав и поправил очки, съехавшие к кончику носа.
"Император принял мудрое решение, он вызвал профессора на съезд... Извините, совет князей, важных рыцарей и представителей городом. Это было в Вормсе." - последовало новое признание экскурсовода.
- Во, глядите, куда гнет, - не унимался скептик, - "мудрое решение". Чепуха. Просто папу поддерживал. Это еще в "Истории средних веков" написано. А чего его поддерживать, кажись, не падал, - не унимался скептик.
- Послушайте, пропагандист-международник, - уже зло зашептал Станислав, и снова поправил очки, - поезжайте-ка в Москву-матушку, али к себе в Рязань.
Здесь - заграница.
- Никуда я не поеду, - взбеленился скептик, - зря что ли премию получал?
- Какую премию?
- Ну, "грант" по-ихнему, за особый вклад в области защиты старой хронологии.
"И когда Лютер предстал перед этим собранием, от него потребовали решительно отречься от своих взглядов..." - продолжалась лекция.
- Решительно, - это любимое словечко наших дикторов, - констатировал скептик, - у нас чего не делают - все решительно, но с изгибом. И, видать, сопромат, учили плохо, причем отдельно от всех прочих наук и вопреки им.
Станислав хотел что-то возразить, но поскольку на психфаке не читают "Сопротивления материалов", счел себя некомпетентным и прикусил язык.
"И он, заняв твердую и решительную позицию... Гммм. - ухмыльнулся переводчик, - заявил: "На этом я стою и не могу иначе!"
- Я-а не могу-у инааче! - тихонько подпел рыжий скептик.
- Не совсем точный перевод! - раздался голос из-за спин экскурсантов, Лютер вздохнул и добавил "увы".
- Дышать не запретишь, - подумал Станислав.
"Тут Мартина Лютера пытались арестовать, но на его защиту встал цвет рыцарства. В суматохе ему посчастливилось бежать, и тогда Лютера приютил один из дворян в своем замке Вартбург."
- Да, да, господа! - именно в этом замке мы с вами сейчас и находимся! - вынужден был перевести уже чисто механически только что пристыженный полиглот. - Здесь-то он и создал вариант Библии на немецком языке, скрываясь от преследования католической церкви.
- Cкажите, пожалуйста! У Стендаля я нашел один любопытный эпизод, связанный с этим великолепным, старинным замком, - дипломатично начал Станислав Олегович по-немецки, и порадовался, что на психологическом, в МГУ, учителка была из поволжских, недорасстреляных. - Именно благодаря этому артефакту, как мне кажется, верующие навеки запомнили, где Лютер переводил Библию.
Сказал, а сам сделал знак, ладошкой так, мол, на русский - не надо. Переводчик закивал, а рот ручкой прикрыл, чтоб лишнее не выскользнуло, но маленькие бегающие глазки выдавали его с головой.
- Оу! Ви иметь ввиду пиатно? - отозвался вредный экскурсовод, и народ заметно оживился. - Это в самомм делле есть факт. Пройдемте, господа! сказал он, увлекая русских вглубь залов и поясняя по пути:
"В восемнадцатом году,..."
- Плавали, знаем! - вставил скептик.
"В тысяча пятисот восемнадцатом году, барон, владелец этой крепости, надежно спрятал их великого соотечественника и дал ему все необходимое для работы... Легенда гласит, что каждый вечер незримый для охраны сюда являлся дьявол и пробовал искусать, т.е. искусить Мартина. Но в лице основателя лютеранской веры Сатана получил решительный отпор. Лютер утверждал, что швырнул в искусителя душ чернильницей... И промахнулся."
- К сожалению, - добавил скептик.
"Конечно, никто, кроме Лютера не мог увидеть черта, но осталось материальное свидетельство их близкого знакомства, так сказать..." вольно трактовал текст переводчик, следовавший рядом, - С тех пор стену этой залы украшает пятно.
Господа, подойдите, прошу вас. Этому вещественному доказательству существования нечистого почти что пять веков...
Станислав достал платочек из нагрудного кармана и протер линзы. Прищурился. Действительно, большое темное пятно расплылось по стене. Этот угол комнаты был огорожен колючей проволокой с двумя табличками, на немецком и на английском:
