Фоггер склонился над Рупертом. Я бы даже сказал, что сгорбился, но потом разглядел, что это не горб, а какая-то хитрая установка из профилей и трубок. Явно способная развернуться в еще парочку рук, а, может, у него там кран встроенный. По предположению Искорки, по уровням этот «мутант» тоже перевалил за сотый.
И видимо он прекрасно меня чувствовал. Но от работы не оторвался, лишь махнул в сторону дверей одной из рук. Типа не мешайте, я занят. Еще один фанатик от науки. Все вокруг в огне, база под штурмом, а он делом занят. Но, может, это и правильно — если он сейчас не раскроет секрет Руперта, то уже никогда не раскроет, а мы (люди), наоборот, получим защиту от излучателя.
Я толкнул дверь, проходя внутрь и сразу фиксируя все то, что не попало в обзор через щелочку. Сбоку заметил трех дроидов, но в явной некондиции. У одного вскрыта грудная клетка, у второго нет ног, зато из головы торчало несколько острых шипов. Лежали они кучей, будто их просто скинули в «операционного стола», чтобы освободить место для Руперта.
— Клешни убрал от него, — рявкнул я, сразу активируя скаутган в максимально мощной комплектации.
Фоггер замер, ничего не ответил, но повернулся в мою сторону. Руки у него были заняты: в одной какой-то прибор с экранчиком, во второй — фиолетовый квадратный пистолет из набора ручной лазерной сварки, а в третьей — толстая длинная игла. Точнее — третья сама была этой иглой.
Повернувшись, фоггер частично открыл вид на Ориджинала Руперта, то есть на то, что от него осталось.
— Твою же мать… — непроизвольно вырвалось из меня. Когда я увидел тот распустившийся «цветок», которым сейчас являлся затылок Руперта.
— Алекс, я, кажется, слышу твой голос… — в ушах прозвенел шепот Руперта, от которого я чуть не выматерился повторно. — Ты нашел меня? Как я?
— Продолжай сжимать булки, скоро подлечим тебя…
Я выстрелил, целясь в толстый широкий лоб фоггера. В узкие пластины, на манер жалюзи, прикрывающие визор.
Попал! Правда, в момент, когда фоггер «моргнул», схлопнув пластины. Дроид отшатнулся, как от хорошего удара по лбу, но удержал равновесие. Потоптался на месте, что-то скрипуче вякнул и покачал головой. С таким видом, будто осуждает и даже слегка сочувствует.
А я понял, что не могу сделать второй выстрел. Команды не проходят. Хочу потянуть спусковой крючок и вроде бы представляю, что это происходит… А на самом деле — нет!
Я покосился на скаутган, увидев, что из груди у меня торчит острое лезвие. Та самая чертова игла, которую я не даже не заметил. Даже движения фоггера не увидел. Ни попытки метнуть в меня, ни полета, ни проникновения сквозь активированный силовой щит! Да как так-то⁈
Дотянувшись левой рукой, схватился за край иглы — чуть не лопнул, выдохнув, как перекипевший чайник, почувствовав жжение. Резко дернул и метнул обратно в фоггера. Но энергетическая пятнадцатисантиметровая игла лишь растворилась в воздухе, не пролетев и пары метров.
И вот тут меня накрыло. Точнее, накрыло систему — в расплавленной ране вспыхнула паутинка белых линий-червячков, потянувшихся во все стороны. Обхватили плечо, руку, спустились на броню на животе и перескочили дальше на ногу. Я дернулся в сторону, но правая нога не поддалась, словно она застряла в бетонном полу.
Фоггер еще раз пожал плечами. В руке у него снова активировался скальпель, и он повернулся обратно к Руперту. Склонился над ним и чуть ли не начал что-то напевать, как старая скрипучая музыкальная шкатулка.
А у меня даже экран начал темнеть, отключаясь и стягиваясь от краев к центру и пряча сообщения системы о критическом уроне.
— Алекс, брат? Ну как? Ты меня уже латаешь? — нетерпеливо и сбивчиво пробормотал Руперт.
— Обожди, — промычал я сквозь зубы, пытаясь преодолеть чертов паралич. — Ща, скотч ищу…
— Что? Зачем скотч? Эй! Постой! Не надо скотч… Что-то мне больно от него… Ай…
Я все-таки смог сдвинуться и даже активировал в левой руке «Шаровую молнию», отправив ее в спину фоггеру. И активировал «Двойников», отправив их на фоггера с трех сторон.
А тот даже не пошевелился — из горба на спине, разложилась длинная (метра два) конструкция с тонким острым наконечником. Та же игла, только на длинной ножке или ручке.
Не отвлекаясь от Руперта, фоггер дернул плечом, и спинной скальпель, как змея, бросился на сгусток «шаровой молнии». Поймал ее на лету, проткнул и впитал в себя, высосав весь заряд энергии. Несколько раз метнулся из стороны в сторону, достав каждую из моих иллюзий, и остановился, уставившись на меня. Начал удлиняться, целясь мне в визор.
Вот никогда не любил иголки перед глазами!
Я инстинктивно зажмурился, хотя это было лишним — от экрана и так осталось только узкая полоса в центре, все остальное уже затянуло в черноту.
Но я еще крепче сжал веки, словно я сам пытаюсь сжать булки мозга и направить эту концентрированную силу на реанимацию системы. Подключилось воображение — я начал вырисовать стандартный вид системного экрана. Данные, экранчики, иконки навыков. Выбрал «копипасту» и все также не глядя, но максимально четко представляя каждую деталь, активировал ее и потянулся к фоггеру.
