Активировав фонарь, просветил все поверхности. Отмечал символы и искал возможные ловушки. Прикинул, как примерно мог стоять крионик, и откуда могло прилететь то, что отсекло ему руку. Проследил траекторию и заметил на стене узкую выемку, замаскированную под трещину. Потом нашел еще семь похожих.
Трещины были разными, так что, возможно, естественного происхождения, а не маскировка. При этом остальной камень, из которого было построено здание, выглядел достаточно целым и по структуре напоминал известняк, как в развалинах Медвежьегорска. С той лишь разницей, что белым он уже давно не был. Радовало то, что внутрь плесень пока не пробралась.
Вернулся к отверстиям и с помощью Искорки создал на экране проекцию помещения, добавив туда вероятные линии, которые лучше не пересекать. Взял с запасом и где приседом, а где, высоко задирая ноги, пересек пустой зал. Со стороны, должно быть, выглядел странно, учитывая, что линии ловушек я видел только на экране.
По ступенькам, спиралью уходящим вниз, спускался медленно. Подолгу зависал на каждой и шарил всеми возможными сканерами в поисках ловушек. На пятой в «ведьмачьем» зрении подсветилась какая-то пыль — ровный слой мелких частиц, размазанный по поверхности ступеньки. Потом без какой-либо системы тоже самое на восьмой и четырнадцатой, а на девятнадцатой нашлась еще одна запчасть крионика.
На этот раз ступня, вплавленная в камень. Здесь уже ни о какой ровности среза речи не шло. Грубая работа когтей на мясе и следы зубов на костях. Кардинально крионики решили проблему с попавшим в ловушку. Я легонько подтолкнул «запчасть», и она с треском развалилась на несколько частей. Промороженные остатки крионика покатились вниз, постукивая по ступенькам. А та, что была в аномальной пыли, вспыхнула по всей площади. Песчинки приподнялись в воздух на пару сантиметров, налились красным цветом, а потом, как бешеные осы, налетели на остатки синей ноги. Облепили то, что осталось, а потом втянули ее в камень, растворяя на ходу.
Я на всякий случай отступил, а когда песчинки рассредоточились обратно и осели, перепрыгнул сразу через три ступеньки. Приземлился на кусочек синего, захрустевшего, как снег, под ногами. Спихнул дальше совсем уже какие-то крохи, что остались от синего, и выявил следующую ступень с ловушкой. Пошел смелее и, чтобы не снижать темп, создал проверочный гвоздь. Смял его в дугу, чтобы хоть как-то скакало по ступенькам, и скатил его вниз.
На шестой он попался в ловушку. Бешеные пылинки проснулись, налетели со всех сторон и, частично притопив мой тестер в камень, пригвоздили его на месте. Ага, практически каламбур получился. Я создал еще один гвоздь и пошел дальше. Для того чтобы достичь следующего уровня пришлось потратить еще восемь штук.
Но в итоге, преодолев несколько витков спирали и пять десятков ступеней, я оказался на круглой площадке (по размерам дубль того, что было наверху). Но здесь уже были и двери, и какой-то орнамент на полу, и труп крионика. На этот раз практически не по частям, а то, что осталось без руки и без ноги.
— Невезучий ты парень, — прошептал я, глядя на рессеченный от шеи до позвоночника труп.
Либо самый инициативный, который везде шел вперед, ведомый мозгом Лэйна. Хотелось подойти и проверить, есть ли у него в голове передатчик, но я пока не решался сойти с последней ступени. Орнамент пола, состоящих из плотно подогнанных кругов одинакового диаметра хоть и выглядел как декоративная плитка, но вполне мог оказаться и парой десятков сидящих в засаде «крабов». Диаметр совпадал с гнездами для спотов Древних, найденных в развалинах.
Дверей было две. Обе нараспашку и вскрытые теперь более аккуратно. Лэйн обучался, и в этот раз нашел замки, спрятанные в стенах. А вот их уже выломали по старинке, расковыряв стены почти на полметра. И опять сломали символы.
Я послал в пространство энергетический запрос, на который откликнулась чуть-ли не вся комната. Изломанные, скрюченные и полустертые знаки вокруг дверных проемов и пол. В центре почти каждого круга появились какие-то комбинации из трех или четырех символов. Несколько штук среагировали как-то вяло: тот, которого касались ноги крионика, по парочке возле каждой двери и еще один между лестницей. Где-то появилось затухающее мерцание, где-то символ загорелся красным, а не зеленым, как все остальные. А возле крионика символа не было вообще, но сам круг вздрогнул и зашатался, словно готов крутануться, держась на каких-то упорах по центральной оси.
Надо было идти, но капец не хотелось наступать на круги. Я чувствовал себя Индианой Джонсом, когда ему надо было пройти по буквам на полу, а каждая неверная плитка проваливалась в пропасть. Только вон он знал нужную комбинацию, а я даже смысл отдельных символов не понимаю.
И судя по тому, что крионик не пропал в бездне, а все еще лежит здесь, сюрприз там будет какой-то другой. Например, бешеные «крабы» Древних. Я пригляделся к трупу — лежит лицом вниз. Глубокие порезы видны на играх, потом на жопе и на ребрах, а дальше уже расчлененка от шеи.
